Убийство во времени

Лица поменялись.

Она резко остановилась на пороге комнаты, которая вчера была переоборудована во временную раздевалку для девушек. Сегодня тут были шкафы и полки, заваленные, по-видимому, выглаженным постельным бельем, был длинный стол и пара странно выглядящих предметов.

– Что это за комната?

Роуз обернулась в ее сторону и нахмурилась:

– Это бельевая. У вас в Америке что, этого тоже нет?

– Не там, откуда я родом, – ответа Кендра откровенно.

Спустя пару минут они прошли в комнату, которая вчера была основным местом скопления сотрудников «Старк Продакшнз».

Сегодня она представляла собой то, чем когда-то и была, – столовую. В огромном камине по-прежнему не было огня. Громадный стол был покрыт белоснежной скатертью, которая наверняка еще пару минут назад лежала в бельевой. Две горничные, одетые так же, как и Роуз, накрывали на стол.

– А я слышала, что она такая наглая, что назвала его светлость Дьюком, – говорила при этом одна из них.

– Да ты что! – вторая девушка с явным удовольствием изображала ужас.

– Правда! И у нее волосы короткие, как у мальчишки, – она резко остановилась, когда заметила Кендру и Роуз в дверях. Огненный румянец вспыхнул на ее щеках. – Ой, я вас не увидела, Роуз. – Она встретилась глазами с Кендрой и затем виновато отвела свой взгляд.

– Доброе утро, Тэсс, Милдред, – поприветствовала их как ни в чем не бывало Роуз. – Это Кендра Донован. Она горничная, ее наняли для праздника.

– Миссис Дэнбери ищет ее.

– Спасибо, Тэсс. – Роуз бросила на Кендру виноватый взгляд, когда они покинули зал. – Не обращайте на них внимания. Тэсс – ужасная сплетница.

Кендра подозревала, что не только Тэсс распространяла о ней сплетни, но промолчала, пока они шли по залу к небольшому лестничному пролету. Спустившись, Роуз остановилась и постучала в первую дверь справа, и бодрый голос миссис Дэнбери пригласил их внутрь.

Кендра снова вспомнила своего бывшего преподавателя в колледже.

Одетая приблизительно так же, как и накануне – в белый чепец и черное платье, – миссис Дэнбери сидела за большим дубовым столом. Его поверхность блестела, и все на нем было разложено в таком порядке, что это говорило о его хозяине больше, чем что бы то ни было другое в этом маленьком опрятном кабинете. Она стояли, ожидая, пока она, не обращая на них внимания, окунала перьевую ручку в подставку с чернилами и царапала что-то на плотном листе бумаги.