Лес тысячи фонариков

Морковь, две сливы, несколько грибов и горсть каштанов.

– Это половина ужина для одного из нас, – поддразнил ее Вэй, и Сифэн шутливо толкнула его.

– Она, должно быть, стащила, что смогла. При том, что знала: с Гумой шутки плохи.

Фрукты были подгнившими, грибы сморщенными, но все равно они вызвали у Сифэн теплую улыбку. Бедная маленькая Нин хотела отплатить добром за добро.

– Она ужасно любила сладости, готова была отдать за них все пять царств Фэн Лу. Если я декламировала стихи о Сурджалане, она забывала о своем шитье.

Как же Гума ее за это бранила!

– Сурджалана, – Вэй как будто попробовал слово на вкус, – звучит как название восхитительного пирожного.

Сифэн засмеялась. Ее всегда занимали истории о царстве раскаленного песка и злом владыке Сурджаланы— божестве, которое когда-то правило там.

– Я прочитала о нем все книги, какие только можно было достать. Мне хотелось убежать и бродить среди этих мраморных городов, спать под звездами вместе с караванами, перевозящими товары…

– Тебе повезло.

Тетка дала тебе хорошее образование, – угрюмо признал Вэй.

Все детство он провел, работая на ферме своих стареющих родителей, которые не могли обойтись без его помощи; ни на что другое времени не оставалось. Он был последним и лучшим из четырех сыновей. Его братья покидали родительский дом в надежде разбогатеть, но домой возвращались в саванах, повстречав на своем пути саму Смерть, прятавшуюся под личиной болезни или войны.

После кончины родителей Вэй стал работать в городе. Его образование заключалось в постижении искусства создавать с помощью огня клинки да стрелы и в умении ковать доспехи. Для него оружейное мастерство было так же увлекательно, как для Сифэн – истории о далеких землях. Это была его отрада.

– Я, может, и не слишком образован, но найти работу в Императорском Городе мне будет нетрудно. Устроюсь к какому-нибудь ремесленнику, а потом и сам приобрету известность, – Вэй сделал паузу.

 – Это ведь Гума хотела, чтобы ты туда отправилась? Что она для тебя задумала?

– Отправиться во дворец и стать… служанкой или придворной дамой, – солгала Сифэн, довольная, что он не видит ее лица. – Деньги и прочное положение в обществе там будут обеспечены.

– Тебе не надо будет работать. Я об этом позабочусь.

Она обняла его вместо ответа и стала смотреть на деревья, стремясь успокоить свое сердце. Дорога огибала южную оконечность леса.