Золушка с приданым

Слушая Элен, Макс заметил в ней удивительную перемену: она оживилась, щеки уже не пылали, как помидоры, черты лица стали легче, и даже чертовы очки не очень портили ее. Однако, заметив его интерес, она замолчала и спряталась за бокалом с вином. Он почувствовал разочарование и приготовился задать вопрос, чтобы расшевелить ее, но его отвлекла хозяйка.

– После ланча, я уверена, вы захотите осмотреть сад. Еще рановато для рододендронов, но через пару недель кусты вдоль подъездной аллеи будут в полном цвету, – улыбнулась она.

 – Восхитительное, яркое зрелище.

– Рододендроны… – сказал Макс, чтобы заполнить паузу, – «розовое дерево», если дословно переводить с греческого.

– Как интересно! – воскликнула Хлоя. – Значит, их родина – Греция?

– Нет, они пришли к нам из Гималаев, – немедленно возразила Элен. – Их привезли в Англию во времена королевы Виктории. К сожалению, они кое-где разрослись и превратились в сорняки.

Паулин переглянулась с дочерью и пожала плечами. Хлоя пропустила слова сводной сестры мимо ушей, продолжая разговор:

– Поздней весной у нас цветут азалии, они невероятно красивы в середине мая.

Здесь их целые поля. Мамуля устроила извилистую дорожку прямо через заросли.

Раздался громкий стук столовых приборов.

– Нет, не она. Дорожка появилась гораздо раньше – ее сделала моя мама. – Глаза Элен за стеклами очков грозно сверкнули в сторону беспомощной Хлои.

Макс с интересом следил за обменом репликами.

Элен резко поднялась:

– Если все закончили… – Она собрала тарелки, сложила на поднос и вышла.

– О господи, – вздохнула Паулин, – прошу прощения. – Она взглянула на дочь – та поняла намек.

– Элен бывает такой… чувствительной, – пробормотала она. – Мне следовало помнить об этом.

– Мы делаем все возможное, – подхватила Паулин. – Но, увы…

Максу показалось необычным, что мать и дочь старались сгладить резкость своей родственницы, но он уже потерял интерес к выяснению семейных отношений и перевел разговор на интересующую его тему, спросив, далеко ли Хаугтон от моря.

Разговор снова прервался, когда Элен вернулась с подносом и поставила на стол яблочный пирог, чашку с кремом и молочник со сливками. На сей раз она не присоединилась к семье.

– Кофе подан в гостиной. Я оставлю вас, – объявила она и вышла через служебную дверь.

Улыбнувшись, Паулин Маунтфорд обратилась к Максу:

– Какое впечатление произвел на вас Хаугтон? – Паулин сопроводила вопрос очаровательной улыбкой.