Аморалис

А вот плохо ли, хорошо ли – это уже не мне решать, – сказала она, источая такой аромат уверенности, что даже я, заядлый скептик, проникся.

***

Я отвез её в рай. В плохом, если его можно таковым назвать – она неизменно раскаивалась. Детей, опять же, воспитала отличными людьми. Она заслужила хорошей жизни! Хотя бы после смерти…

После ухода бабушки я еще долго не мог прийти в себя. Думал. Сколько их осталось таких, выживших несмотря ни на что? Ни войны, ни смерти родителей, ни голод… Ничто не смогло их сломить! Они выживали не спрашивая себя: "Зачем я здесь? Какой смысл в этой жизни?".

Они просто жили, довольствуясь тем, что у них было.

Я сделал радио погромче и закурил, недоумевая – это что сегодня, день русских песен? Приятный мужской голос пел “Поцелуи падали, падали, падали…” Я выкрутил звук на полную громкость и с наслаждением затянулся. Увлекшись текстом песни, я совершенно пропустил звук сообщения на рабочем планшете. Сообщение гласило: “Даяна, пять лет, автомобильная авария.” Ох,скольких проблем можно было бы избежать, если бы я только прочел это сообщение вовремя…

– Здрасьте! – произнес звонкий голосок прямо над моим ухом, и меня буквально снесло волной восторга и воодушевления.

Я дернулся от неожиданности и тут же зашипел – "Черт бы побрал мою нелюбовь к крышкам! Слава богу, кофе уже остыл, иначе быть бы мне бездетным… Стоп!". Хлопнул я себя по лбу. "Я же мёртвый! И с каких пор в таких песнях разговаривают дети?". И тут же тихонько рассмеялся. Померещилось, наверное…

– Дядь, ты смеёшься, потому что написал в штаны? – заинтересованно, совершенно без издевки, спросила белокурая девочка, сунув голову между кресел.

"Так! Нужно срочно выходить из этого состояния задумчивости, иначе девочка начнет думать, что я сумасшедший. Стоп!" – я застыл, повинуясь своему же мысленному приказу. До меня начало доходить, что детский голос вовсе не плод моего воображения или отвратительного слуха.

«Девочка? Мертвая? На заднем сидении? Мертвая? Она выглядит какой угодно: любопытной, смешной, умной, но никак не покойницей! Да, все мои пассажиры выглядят живыми.

Да, я знаю, что дети тоже умирают. Но… Чёрт! Я ведь еще не… Я к этому не готов! Нет, нет и нет!» – меня захлестнула тошнотворная паника, вперемешку с острейшим ужасом. Аж язык запекло, чесслово!

– Девочка, ты зачем к незнакомому человеку в машину села?! – строго рявкнул я. Малышка даже не почесалась от моего сурового (как я думал) тона.

– Мне дедуля сказал.