Сердечная Педагогика

Меня не покидало ощущение, что за девочкой стоит мудрость, нечто великое, неизвестное и прекрасное. Но разговор не шел. Мы ограничивались фразами командного типа: «пойдем!», «ешь!», «садись!»… И все время – «быстрее-быстрее-быстрее!».

А ребенок рос серым, грустным, молчаливым. И кроме того, были кое-какие неврологические проблемы…

Татьяна В. (дочь Антонина, 6 лет; сын Василий, 3 года)

Я мечтаю, чтобы родители и педагоги перестали наконец умничать и включать взрослость, прекратили игнорировать сигналы, исходящие от детей.

Чтобы отцы и матери на вспышки детской мудрости не реагировали бы в стиле «показалось…» Давайте признаемся себе в грустной истине, что человечество (в большинстве своем) давно уже потеряло понимание, что такое настоящее воспитание детей, как прийти к дружеским и гармоничным отношениям с ребенком и какими вообще должны быть эти отношения.

Я с большой радостью раскрываю настрадавшимся родителям мир детей – с его особыми законами и правилами.

* * *

«Педагог без любви к ребенку – все равно что певец без голоса, музыкант без слуха, живописец без чувства цвета.

»

    В. А. Сухомлинский

* * *

«Если учитель имеет только любовь к делу, он будет хороший учитель. Если учитель имеет только любовь к ученику, как отец, мать, – он будет лучше того учителя, который прочел все книги, но не имеет любви ни к делу, ни к ученикам. Если учитель соединяет в себе любовь к делу и к ученикам, он – совершенный учитель.»

    Л.

Н. Толстой

Как полюбить детей?

* * *

Пожалуй, это самая важная глава в книге.

Абсолютно все педагоги – воспитатели и учителя – говорят о важности любви к детям.

Но так ли это просто – любить ребенка?

Если вы взяли эту книгу в связи с поиском или даже необходимостью перемен в жизни, вы точно столкнулись с непониманием, что такое любовь. Я приведу вам несколько историй людей, которые пришли учиться сердечной педагогике.

. . . . . . . . . . . . .

. .

Было ощущение, что я своими руками создаю ад на Земле. Как бы из лучших побуждений. Когда Ваньке было лет 5, я понял, что не просто не умею или не знаю, как быть отцом и другом этому маленькому человеку, – я понял, что в прямом смысле калечу его. Об этом мне говорило разрывающееся сердце. Было невыносимо чувствовать такое.

Ясно было одно: я вношу уродство в этот мир. И очень активно. А сын пытался изо всех сил ко мне тянуться, как будто цветок к воде.