Мир шахмат. Фундаментальное исследование

Банды мусульман из современной Испании, Туниса, Ливии и Египта атаковали и, в конце концов, завоевали Сицилию в IX веке. Новые сицилийцы основали город Бахльхарм (современный Палермо) по образцу славного Багдада. Эти же группы заняли районы на материковой части Италии, вблизи Неаполя и Рима. Согласно легенде, вскоре после этого, поэт и опытный шахматист Мухаммад ибн Аммар спас Исламское Королевство Севилья от нападения, выиграв партию в шахматы у христианского короля Альфонсо VI Леона из Кастилии. Они играли в шахматы вместо настоящей войны.

Независимо от того, было ли это фактом или легендой, простое предложение заменить кровавый конфликт соревнованием в настольной игре, предвещало прогресс в цивилизации: замену насильственной борьбы за ресурсы ненасильственной конкуренцией [165].

В промежутках между долгими, жестокими мусульманско-христианскими битвами, ученые, духовные лица и монархи обменивались огромным количеством обычаев и знаний за игрой в шахматы [19].

Понять миграцию шахмат с Багдада на отдаленный остров Льюис помогла уникальная находка.

Остров Льюис (около 50 миль к западу от Шотландии) хранил тайну, которую открыл весной 1831 г. ничего не подозревающий крестьянин с острова. У подножия пятнадцатифутовой песчаной отмели, на южном берегу залива Уиг, внутреннее пространство было каким-то образом открыто, а вместе с ним и почти 700-летний склеп [20]. Невольный археолог оказался в древней тесной комнате из сухого камня, футов шести в длину, похожей на улей. Обнаруженные там фигуры эксперты называют скандинавскими, поскольку они были созданы, вероятно, в середины XII в.

около норвежской столицы Тронхейма. Норвегия находилась географически далеко, но эта связь имела исторический смысл, т.к. остров Льюис был политически подчинен Королевству Норвегии до 1266 г. [165].

Шотландские антиквары попытались купить их для показа в Эдинбурге, но пока собирались средства, часть фигур была продана. Примерно за 5 тыс. американских долларов по сегодняшнему курсу Британский музей оформил в собственность 67 штук, а остальные 11 из них купил для своей приватной коллекции некий шотландец.

Музей оценил по достоинству историческое значение фигур, также их глубоко осязаемую связь с жизнью в Средние века. «В музее нет предметов, столь интересных для местного антиквара, как те, которые сейчас предлагаются попечителям», – писал хранитель музея Эдвард Хокинс, впервые представляя экспонаты. Шахматные фигуры Льюиса были бесценным связующим звеном с прошлым.