«Македонские легенды» Византии

Фотия, что спасения ему ждать неоткуда, а потому следует уступить и тем самым облегчить свою участь, Ваанис сказал: «К какому суду ты мог бы обратиться потом? В Рим? Но здесь уже сидят папские легаты. На Восток? Но здесь присутствуют патриаршие представители». На это не без благородства и смирения перед волей Бога св. Фотий ответил: «Мое оправдание не от мира сего; если бы оно было от мира сего, вы бы его услышали». Однако и сейчас участники Собора побоялись его осудить, дав срок для размышления. На этом заседание завершилось32.

Следующее, шестое, заседание Собора состоялось 25 октября 869 г. и ознаменовалось личным присутствием императора Василия I Македонянина. Видимо, желая своим видом восполнить численный недостаток епископов, царь внял просьбам «игнатиан» и прибыл на Собор. С его приходом число епископов несколько увеличилось и достигло 36 персон – все равно ничтожно мало для «Вселенского» Собора, как его пытались представить римские легаты и новый Константинопольский патриарх. Верные своим убеждениям в абсолютном характере власти понтифика, легаты начали настаивать на скорейшем признании св.

Фотия низвергнутым, но император имел свои расчеты и не стал торопить события, повелев вновь вызвать св. Фотия и его сторонников на Собор.

Начались уговоры «фотиан», не принесшие, однако, успеха. Наиболее близкие к св. Фотию лица – Евсхимон, митрополит Кесарии Каппадокийской, и епископ Халкидонский Захария произнесли великолепные речи против всевластия папы, чем вызвали негодование участников.

«Вы – миряне, – кричали им из зала, – и вас пригласили не для того, чтобы вы лаяли на нас и городили вздор!»

Дальнейшее заседание сбилось с намеченного сценария: император начал спорить с «фотианами» по посторонним вопросам, желая доказать, будто св. Фотий потворствовал императору Михаилу III в бесчинствах и богохульстве – очевидная ложь, нужная Македонянину, чтобы хоть как-то придать моральное обоснование своему неблаговидному поступку (убийству императора). Легаты, которым надоели эти дискуссии, предложили «фотианам» принять папскую формулу и признать св.

Игнатия патриархом – те категорично отказались33.

Тогда попытались опровергнуть аргументы, высказанные Захарием Халкидонским – особенно старался друг св. Игнатия Митрофан Смирнский, но малоубедительно. Затем император произнес длинную речь, в которой вновь объяснил созыв Собора желанием уврачевать Церковь, и его выступение произвело на легатов большое впечатление.