«Македонские легенды» Византии

Как живой современник тех событий, понтифик не мог не отдавать себе отчета в том, что родоначальник Македонской династии являл собой полную противоположность потомкам Каролингов. Стало ясным, что если кому и было по силам вернуть Италию христианской цивилизации, так только Василию I75.

Не только Восток восторгался победами византийского оружия, в скором времени уже Беневент признал власть Византийского императора, а Бари открыл свои ворота войскам Василия I. В течение 7 лет византийцы владели Кипром, попутно укрепившись в Пелопоннесе, Далмации и Средней Греции.

Южная Италия почти вся вернулась под Византийскую корону или контролировалась Константинополем.

Но и Византийский император внес коррективы в свои стратегические планы. Ему стало ясным, что его прежняя линия на сближение с Римским епископом даже путем принесения в жертву некоторых интересов Византии в церковных вопросах лишена смысла. Западные державы не стали союзниками византийцев в борьбе с сарацинами, Рим по-прежнему претендовал на Болгарию, а в самом Константинополе недавняя переориентация царя на союз с папой в ущерб столичному архиерею вызывала глухой ропот в народе.

И нет никаких сомнений в том, что все эти события имели самое непосредственное отношение к новой церковной политике, которую император Василий I начал вскоре проводить76.

Глава 4. Собор «В храме Святой Софии» 879—880 гг. «Прохирон» и «Эпанагога». Смерть императора

По завершении Собора 869—870 гг. понтифик искренне полагал, что после тех услуг, какие были с его стороны оказаны императору и лично св.

Игнатию, он вправе рассчитывать на встречное уважение и в первую очередь на передачу церковного окормления Болгарии Риму. Увы, действительность грубо растоптала его мечты, заставив апостолика действовать решительно и высказываться более категорично. Правда, с учетом внешнеполитического положения Рима, державшегося исключительно за счет поддержки Византийского царя, он не посмел дерзить Василию I, зато полностью излил свой гнев на св. Игнатия.

«Как ни велики были знаки благосклонности, какие показывал ранее император папскому престолу, – пишет он василевсу, – теперь они готовы, однако, совсем стереться. Соепископ наш Игнатий дерзнул поставить предстоятеля в страну Болгарию, чему мы удивляемся, а вы, со своей стороны, тому благоприятствуете, чем мы изумлены. Поэтому просим вас: увещевайте Игнатия отказаться от юрисдикции в Болгарии, иначе и он сам не избежит законного отмщения».