Мужчина мечты

Когда они оказались на площадке, девушка остановилась и неуверенно уточнила:

– Неужели ничего нельзя сделать? Ей ведь можно как-то помочь…

Томас покачал головой:

– Сердце леди Эстер износилось, и доктор Эллиот полагает, что теперь это только вопрос времени, о чем он и уведомил вашего дядю Малкольма. Поэтому все и собрались здесь сегодня. Когда ваша бабушка узнала об этом, устроила доктору такую взбучку, что, думаю, у него до сих пор звенит в ушах.

Тейлор улыбнулась, представив себе картину: бабушка отчитывает огромного толстого Эллиота, а тот дрожит как осиновый лист.

– Она потрясающая, правда?

– Это уж точно! – с чувством подтвердил Томас. – Кого угодно может заставить дрожать от ужаса. Мне самому то и дело приходилось себе напоминать, что я ее не боюсь.

– Да у тебя никогда не было причин бояться ее, – усмехнулась Тейлор.

Лицо Томаса расплылось в улыбке.

– Вы же сами меня убедили, что не надо бояться. Это когда мадам бушевала, после того как вы притащили меня в дом.

Тейлор кивнула в ответ:

– Как всегда, умела разнести все в пух и прах, не повышая голоса.

– Да, именно так. Она ведь всегда и во всем остается настоящей леди, – с гордостью заметил Томас. – Эллиот дрожал так, будто на него кричали. Надо было видеть его лицо, когда она пригрозила, что не оставит ему денег на новую лабораторию.

Они шагали по длинному коридору, и Тейлор спросила:

– Доктор сейчас у мадам?

– Нет, всю ночь был у ее постели, а недавно уехал переодеться.

Обещал скоро вернуться: примерно через час, – так что у нас достаточно времени. Те, кого пригласила леди Эстер, сейчас в гостиной, примыкающей к ее покоям. Она приказала мне проводить их наверх по задней лестнице, чтобы никто не увидел, так что сэр Малкольм ни сном ни духом, а когда узнает, будет уже поздно.

– Мадам не изменила свое решение?

– Ни в коем случае! Если позволите, дам вам один совет: не показывайте леди Эстер своих слез, она очень расстроится.

– Нет-нет, моих слез она не увидит, – пообещала Тейлор.

Покои леди Эстер находились в конце коридора, и Тейлор не медля, как только Томас открыл перед ней дверь, вошла в спальню.

Внутри было темно, как ночью, и несколько секунд ей понадобилось, чтобы сориентироваться в темноте.

Спальня была такая огромная, что Тейлор, как и прежде, подумала, что здесь уместилась бы добрая половина Гайд-парка. Значительную площадь занимала кровать с четырьмя колоннами.