Тайна

«Он явно решил, что нашел способ заставить меня отказаться от своей просьбы», – подумала девушка. Следующие слова предводителя подтвердили ее подозрение.

– Рад слышать это, Фрэнсис Кэтрин. – Грэхем замолчал и кивнул четверке старейшин. – Я ни секунды не сомневался в благонамеренности этой девушки. И теперь нам остается пожелать ей, чтобы она поскорее забыла всю эту…

Фрэнсис Кэтрин не позволила ему закончить фразу и твердо заявила:

– Леди Джудит Элизабет не вызовет никакой смуты.

Плечи Грэхема поникли.

Не такое уж это легкое дело – заставить Фрэнсис Кэтрин отказаться от своего плана. Он снова повернулся к ней лицом и нахмурил брови:

– Послушай, девушка, в этих краях еще никогда не принимали англичан. Этой особе придется делить с нами трапезу…

Чей-то кулак с грохотом опустился на крышку стола. Подобную несдержанность проявил воин по имени Джелфрид. Он уставился на Грэхема и прохрипел угрожающим голосом:

– Своей просьбой жена Патрика позорит имя Мэйтлендов!

Глаза Фрэнсис Кэтрин наполнились слезами.

Она вновь почувствовала, что ее охватывает паника. Ни одного разумного довода в ответ на заявление Джелфрида не приходило ей в голову.

Патрик сделал шаг вперед и заслонил собой жену. Его голос дрожал от гнева:

– Джелфрид, ты имеешь право выражать свое неудовольствие, но не смеешь повышать голос на мою жену.

Фрэнсис Кэтрин выглянула из-за плеча мужа, чтобы увидеть, как Джелфрид отреагирует на его слова. Но в это время Грэхем сделал жест рукой, повелевающий всем замолчать.

Винсент, самый старый из присутствующих в зале, этот жест проигнорировал.

– Никогда прежде мне не приходилось встречать женщин, носящих одновременно два полных имени. Пока к нам не прибыла Фрэнсис Кэтрин. Вначале я подумал, что это странность, присущая людям, родившимся неподалеку от границы, но вот теперь слышу еще об одной женщине с двумя полными именами. Тебе это не кажется странным, Грэхем?

Предводитель вздохнул. Мысли Винсента время от времени уходили куда-то в сторону, но с этой привычкой, раздражающей многих, приходилось как-то мириться.

– Не знаю, что и думать, – ответил Грэхем. – Но мы сейчас говорим не об этом. Я еще раз спрашиваю: ты хочешь внести смуту в нашу жизнь? – снова обратился он к Фрэнсис Кэтрин.

Прежде чем ответить, девушка сделала шаг вперед, чтобы не отвечать из-за спины Патрика и не выглядеть трусихой.

– Не понимаю, почему вы считаете, что леди Джудит Элизабет внесет в нашу жизнь какую-то смуту.