Тайна

 – Во всяком случае, так сказал мне папа. Ну а теперь я покрепче зажмурюсь, если ты собираешься все-таки расправиться с этой пчелой.

Джудит решила во что бы то ни стало произвести благоприятное впечатление на свою новую подружку, поэтому отринула любые колебания. Она протянула руку и чуть было уж не прихлопнула злосчастное насекомое, как вдруг почувствовала легкое, едва уловимое прикосновение его трепещущих крылышек к своей нежной розовой коже. Ей стало щекотно, и она, сама того не желая, сжала пальцы в кулачок.

Раздался дикий вопль.

Фрэнсис Кэтрин соскочила с камня и бросилась помогать своей новой подружке единственным известным ей способом: завопила тоже.

Джудит бегала вокруг и кричала так сильно, что чуть не задохнулась. Подружка бежала за ней по пятам, крича так же, только не от боли, а от страха и из сострадания.

На крик прибежал отец Фрэнсис Кэтрин. Вначале он поймал дочь, а после того, как та дрожащим голосом объяснила, в чем дело, догнал и Джудит.

Через несколько минут все стихло.

Вынув пчелиное жало из ладошки Джудит и приложив к месту укуса кусочек прохладной земли, папа Киркелди нежно вытер девочке слезы краешком своего шерстяного пледа. Теперь он сидел на сером камне, прижимая к себе дочь, устроившуюся на одном колене, и Джудит, устроившуюся на другом.

Никто и никогда еще так не суетился вокруг Джудит. Ошарашенная таким обилием внимания по отношению к собственной персоне, Джудит сильно смутилась, однако противиться не стала.

– Надо сказать, что вид у вас был на редкость жалкий, – провозгласил папа, когда девочки перестали всхлипывать и вновь могли внимать его словам.

 – Вы вопили громче иерихонских труб и бегали по кругу друг за дружкой, словно куры с отрубленными головами.

Джудит никак не могла понять, сердится этот человек или нет. Голос его звучал довольно грозно, однако брови не были нахмурены. Но тут Фрэнсис Кэтрин хихикнула, и Джудит пришла к выводу, что отец ее подружки скорее смеется над ними, нежели сердится.

– Ей было очень больно, папа, – объявила Фрэнсис Кэтрин.

– Уверен, что ты говоришь правду, – согласился тот и, покосившись на Джудит, увидел, что девочка пристально смотрит на него снизу вверх. – Ты храбрая малышка, раз пришла на помощь моей дочке, – похвалил он ее. – Но в следующий раз не хватай пчелу рукой. Ладно?

Джудит приняла серьезное выражение лица и понимающе закивала.

Папа Киркелди похлопал ее по плечу и заметил:

– А ты красивая девчушка.