Конституирование и природа индивидуализации

 Бэкон, которому по моей реконструкции принадлежит замысел новоевропейской методологии, задавая исходную ситуацию, требующую построения методов и теории мышления, использовал, с одной стороны, именно метафору пути и навигации, с другой – конституирования («стеснения духа и природы» искусством человека)[1 - В «Великом восстановлении наук» Бэкон утверждает, что руководящей наукой является «наука о мышлении», но само мышление предварительно должно быть подвергнуто сомнению и «новому суду».

И о методах мышления Бэкон заговорил одним из первых. «Здание этого нашего Мира, – пишет Бэкон, – и его строй представляют собой некий лабиринт для созерцающего его человеческого разума, который встречает здесь повсюду столько запутанных дорог, столь обманчивые подобия вещей и знаков, столь извилистые и сложные петли и узлы природы<…> Надо направить наши шаги путеводной нитью и по определенному правилу обезопасить всю дорогу, начиная от первых восприятий чувств<…> но, прежде чем удастся причалить к более удаленному и сокровенному в природе, необходимо ввести лучшее и более совершенное употребление человеческого духа и разума<…> путь к этому нам открыло не какое-либо иное средство, как только справедливое и законное принижение человеческого духа» (Бэкон Ф. Великое восстановление наук // Бэкон Ф. Сочинения в двух томах. Т. 1. М., 1971. С. 68–69). «Что касается содержания, то мы составляем Историю не только свободной и предоставленной себе природы (когда она самопроизвольно течет и совершает свое дело), какова история небесных тел, метеоритов, земли и моря, минералов, растений, животных; но, в гораздо большей степени, природы связанной и стесненной, когда искусство и служение человека выводит ее из обычного состояния, воздействует на нее и оформляет ее… природа Вещей сказывается более в стесненности посредством искусства, чем в собственной свободе» 322 (курсив мой.  – В. Р.). (Бэкон Ф. Новый органон. М., 1935. С. 95, 96).]. Правильно представленное мышление (посредством образцов мысли, методов или методологии), на мой взгляд, помогает мыслящему (и читателю, и студенту, и мне) верно «плыть» (мыслить), рассчитывая добраться до «гавани», которая, как показывает практика мышления, является всего лишь временной стоянкой, а не концом путешествия.