Украденный свет

В горле застревает крик: мы, сделав вираж, несемся к земле. Еще полметра – и я смогу коснуться асфальта в знакомом промышленном районе. Я провела несколько зимних ночей в одном из здешних заброшенных зданий.

В поле зрения – ни одной человеческой ауры.

– Отпусти меня, ты, индюк-переросток! – кричу я своему похитителю.

В ответ раздается сердитое карканье, и меня как следует встряхивают – и без того затуманенный мозг гудит.

Когда птица меня отпустит, я надеру ее пернатую задницу так, что она еще долго помнить будет.

Скорость снижается, и я замечаю примерно в квартале от нас заведенный белый фургон.

О боже, это же типичный фургон похитителей.

Рядом с ним стоят двое людей с мерцающими белыми аурами. Я не вижу их лиц, только различаю темный цвет волос мужчины и женщины. Мужик прислонился к фургону и копается в телефоне. Девушка расхаживает взад-вперед.

– Я серьезно! – кричу я птице. Ставлю на то, что она меня понимает, так что я не прочь досаждать ей до тех пор, пока она меня не бросит.

 – Если ты меня не отпустишь, я найду тебя и приготовлю из тебя главное блюдо на День благодарения! Ты такая жирная, что из тебя выйдет сочная… ай!

Я падаю.

Не успев закричать, жестко приземляюсь на тротуар в паре метров от белого фургона.

Я пытаюсь увернуться, но делаю это недостаточно быстро.

По глупости я не ожидала и не была готова к тому, что крылатое чудище меня отпустит, пока я его оскорбляла.

Ноги подкашиваются, а через миг я ударяюсь боком об асфальт.

Я по инерции закидываю ноги за голову и в итоге лишь несколько раз неуклюже шлепаюсь о землю, как тряпичная кукла, прежде чем замереть.

При последнем перекате я бьюсь затылком об асфальт.

Я лежу посреди дороги, распластавшись, в полной уверенности, что сломала абсолютно все кости.

Перед глазами плывет. Боковым зрением я вижу предательские искры света: они подбираются к зрачку, становятся ярче – и затухают, давая понять, что я вернулась в реальный мир.

Все болит.

Кранты этой птице.

Чем дольше я лежу, тем громче становится звук шагов.

– Стил! О чем ты вообще думал? – говорит кто-то смутно знакомым и очень злым мелодичным голосом.

– Она назвала меня жирной индюшкой. – Я скорее слышу, чем вижу, как он пожимает плечами.

– Мне все равно, пусть хоть Большой птицей с улицы Сезам. Нельзя просто сбросить кого-то на землю. Она покалечилась!

Я вижу вблизи чье-то размытое лицо, и в этот же момент кто-то другой резко выдыхает.