Сэру Филиппу, с любовью

Разумеется, свадьбе в любом случае должно предшествовать хотя бы короткое личное знакомство. Но мисс Бриджертон, несмотря на не такой уж юный возраст, казалось, еще не настолько отчаялась выйти замуж, чтобы вешаться на первого встречного.

И она, пожалуй, права. Еще достаточно молодая, красивая, умная женщина может позволить себе быть разборчивой при выборе мужа. А о Филиппе она пока знает не так уж и много. Да и что он может предложить ей? Не бог весть какое роскошное поместье в глостерширской глуши, падчерицу и пасынка, каких и врагу не пожелаешь, и самого себя – скучного анахорета и мизантропа… Он даже одеваться по моде не умеет, ведь большинство его костюмов – работа сельского портного, руководствующегося принципом «не ладно скроено, да крепко сшито».

А эта дамочка, видимо, привыкла к шумному столичному свету, театрам, балам, куче знакомых… Что из этого ей может предложить Ромни-Холл?

Филипп уже жалел, что сделал попытку познакомиться с Элоизой Бриджертон.

Судя по всему, долго она здесь не задержится.

Филипп крепко выругался себе под нос. Черт побери, теперь придется искать новую претендентку – а где он ее найдет, скажите на милость? Все незамужние дамы в округе, разумеется, давно знали про близнецов – и ни одна из них, будучи в здравом уме, не согласилась бы стать мачехой этих маленьких монстров.

Единственную надежду Филипп возлагал на Элоизу Бриджертон – и вот, похоже, и с этой надеждой ему придется распрощаться.

Филипп поставил горшок с землей на полку, так сильно грохнув им, что тот чуть не разбился. Но нервы Филиппа были сейчас слишком взвинчены, чтобы он мог обращаться с горшками бережно.

Тяжело вздохнув, Филипп погрузил перепачканные землей руки в таз с водой, хотя та уже была довольно грязной. Он был зол на весь мир, и более всего на мисс Бриджертон – за то, что она отняла у него время, а если пока и не отняла, то наверняка еще отнимет.

Но вечером она, должно быть, уедет – чем еще может все это кончиться?

Тем не менее Филипп не оправдывал себя – он мог бы держаться с гостьей и повежливее. В конце концов, она не виновата, что он не умеет обращаться с собственными детьми, не виновата и в том, что сегодня он встал не с той ноги.

Вытерев руки о полотенце, висевшее у дверей, Филипп вышел на улицу, где по-прежнему моросил дождь, и направился в дом.