Посвящается всем влюблённым…

Я хотела как лучше. Теперь первая точно мириться не буду!

Спустившись на пару ступенек, я слышу, как открывается дверь. Из дома выглядывает Дэвид, наспех натягивая рубаху и застегивая ширинку на джинсах.

– Хелен, привет. Извини, что так долго не открывал. Я… тут… это… я, – мямлит он что-то, приглаживая взъерошенные волосы. Краснея, опускает глаза и не знает, что ещё сказать.

Я снова поднимаюсь, чтобы войти в дом, но он преграждает мне путь, стоя в дверях. Вытаращив глаза от недоумения и не понимая, что происходит, я стою так пару минут.

– Дэвид, в чём дело? Я пришла мириться. Давай больше никогда не будем ссориться, а? Это утомляет, – я протягиваю руку, чтобы открыть дверь, и вдруг в проеме на лестнице вижу чьи-то голые ноги. Внезапный приступ гнева так сильно пронзает меня, что я с силой распахиваю дверь, отдёргивая руку Дэвида. Ворвавшись в дом, я вижу абсолютно голую рыжую девицу, с вызовом смотрящую на меня сверху.

– Дэвид! – я поворачиваюсь к нему и ору, так, что девица бросается наверх.

 – Какого хрена тут вообще происходит?! Ты! Дерьмо! Всё! Между нами всё кончено! Навсегда! – оттолкнув его, я выбегаю вся в слезах. У меня бешено колотится сердце, слёзы душат меня, мне не хватает воздуха, меня тошнит. Вбегая домой, я чуть не сшибаю Маргарет, но она удерживает меня.

– Хелена? Милая, успокойся! Ну, пожалуйста! Не надо так сильно плакать. Скажи, что случилось?! – допытывается она, тряся меня за плечи.

Я всё ей рассказываю. Она тянет меня на диван, обнимает, гладит мои волосы и поёт песенку, которую всегда пела мне перед сном.

Я постепенно успокаиваюсь и затихаю. Мы сидим так довольно долго. Я боюсь, что мама будет снова задавать вопросы, но обсуждать сегодняшнюю историю с Дэвидом совсем не хочется.

– Давай выпьем? – вдруг предлагает она.

– С удовольствием, – сразу соглашаюсь я.

Она приносит два бокала с красным вином и мы, чокаясь, выпиваем.

– Знаешь, девочка моя, что я тебе скажу? – Марго снова притягивает меня к себе, гладя мои волосы.

 – У меня была подобная ситуация, с мужем. Мне было немного за сорок. Я тогда уже было отчаялась родить ребенка. Взвесив все «за» и «против», я решила, что все равно буду счастливой. И у меня появилась ты, – она поворачивает меня к себе, ласково улыбается и многозначительно смотрит.

– Мне тоже пора кого-нибудь завести? – я грустно улыбаюсь.

– Я не это имею в виду! Я просто хочу, чтобы ты не мучила себя. Поэтому говорю тебе совершенно серьёзно.