Прикоснуться губами к рассвету

Зрителей было достаточно, чтобы меня смутить. Еще секунда – и я упала бы в обморок от стыда. Но когда мой зрачок снова сфотографировал в толпе божественного незнакомца, моя решимость и, я бы даже сказала, наглость вернулись. Осмелев, я продолжила танцевать под следующую композицию, уже не попадая в такт музыке, но мне было все равно – меня несло.

Поглаживая свое юное гибкое тело, где только можно, я уже не отводила взгляда от прекрасного и таинственного незнакомца. О, этот взгляд и эта улыбка! Они придавали мне силы и поддерживали уверенность в себе.

Мистер «Х» стоял уже без блондинки, что меня, несомненно, радовало и подстегивало быть откровеннее. Он смотрел на меня и улыбался, аплодируя вместе со всеми. После этой композиции зазвучала красивейшая и моя любимая мелодия «Танцую в одиночестве», и мой бог подошел ко мне.

– Разрешите? – продолжая улыбаться, спросил он.

– А?

– Потанцуем?

– Да, конечно, – несколько смутившись, закивала я.

– Тебе это удалось, – прижав меня к себе, шепнул мой Давид.

– Что удалось?

– Заинтересовать меня. Но сейчас меня интересует другой вопрос. Как тебе смогли продать алкоголь? Тебе ведь нет еще двадцати одного года?

– С чего это? Я уже большая девочка.

– Ну, ну, рассказывай, – хмыкнул он недоверчиво. – Как тебя зовут?

– Тони.

– Тони? – он снова улыбнулся, да так, что я чуть ногу не подвернула.

– Антония. А тебя?

– Метин, можно просто Мет.

– Метин? Странное имя.

– Самое обыкновенное.

– Откуда ты?

– Из Бруклина.

– Я имею в виду, родился где?

– А-а-а! Я родом из Стамбула, а последние десять лет живу здесь.

– А ты красивый, – вырвалось у меня случайно.

– Хм. Как ни странно, ты не первая, кто сообщает мне об этом, – Мет снова хмыкнул и еще крепче прижал меня к себе. Его горячее дыхание коснулось верхушки моего уха, от чего стало так щекотно и приятно, что я непроизвольно улыбнулась. От него пахло табаком и виски. Дурманящий аромат. Знала бы мама, о чем я сейчас думаю.

– Тони, все-таки сколько тебе лет?

– Успокойся, чувак, я реально совершеннолетняя.

– Понятно.

– Ничего тебе не понятно.

– Неужели? Да тебе больше семнадцати не дашь.

– Не веришь? Могу права показать.

– Покажи.

– Ну, это… короче, я их дома забыла. Но мне реально двадцать два, и мы часто здесь зависаем. А вот тебя я здесь первый раз вижу.

– Верно. Меня сюда подруга притащила. Мне по душе более спокойные места.

– А где же твоя подруга?

– Ушла. Мы чуточку повздорили.