На пути к свадьбе

От удивления? От благоговейного восторга? Или от чего-то другого?

– А вы? – спросил мистер Бриджертон.

– Я… я не знаю, – помотала головой Люси.

У нее вдруг возникло странное ощущение, будто она совсем не знает себя. Ведь, по сути, это был простой вопрос. Был бы простым несколько дней назад. Тогда она ответила бы: «Естественно, нет», – и добавила бы, что слишком практична для подобной чепухи.

А еще она наверняка заявила бы, что такой любви не существует.

Однако что-то изменилось, и она не понимала, что именно.

– Я не знаю, – повторила она. – Вероятно, это зависело бы от многого.

– От чего? – Его голос зазвучал тише. Он звучал до невозможности тихо, но Люси слышала каждое слово.

– От… – Она не знала. Ну откуда ей знать, от чего это может зависеть? Ей вдруг показалось, что она заблудилась, что земля ушла из-под ног, что… что… и неожиданно слова нашлись, легко сорвались с ее губ: – От любви, наверное.

– От любви?

– Да.

Боже, до чего же трудный разговор! Неужели люди действительно обсуждают подобные вещи? И есть ли хоть какие-то ответы на эти вопросы?

У Люси неожиданно сдавило горло, и она почувствовала себя страшно одинокой в своем незнании. Он знает, Гермиона знает, все поэты утверждают, что знают. Такое впечатление, что она – единственная на свете пропащая душа, единственный человек, который не понимает, что такое любовь, который сомневается в ее существовании или, если она существует, в том, что придет именно к нему.

– От того, как она влияет, – наконец нарушила тишину Люси (просто потому, что не знала, что еще сказать). – От того, как влияет любовь. На человека.

Его глаза встретились с ее глазами.

– Вы думаете, есть варианты?

Люси не ожидала нового вопроса. Она еще размышляла над предыдущим.

– Того, как влияет любовь? – уточнил мистер Бриджертон. – Вы думаете, на разных людей любовь влияет по-разному?

Люси не знала, что ответить.

– А вы? Если вы полюбите кого-то искренне и глубоко, разве для вас она не будет значить… все?

Мистер Бриджертон отвернулся и сделал несколько шагов к окну.

– Она поглотит вас, – сказал он. – А разве может быть иначе?

Люси таращилась ему в спину, зачарованная красотой его плеч, ширину которых подчеркивал мастерки сшитый фрак. Как это ни странно, но она никак не могла отвести взгляд от той точки, где его волосы касались воротника.