Звёзды Эргирии. Повелитель Тёмных Глубин

А сейчас отправляйтесь на речку поплавать, а потом отдыхайте. Если оголодаете, так на столе всегда найдёте чем перекусить. Постелили вам в соседней горнице.

Обрадованно переглянувшись, дружная троица бросилась к речке. У Кати с собой были запасные шорты и футболка, которые она обязательно брала в любой поход, так что с купальным костюмом проблем не было. Ей, конечно, было интересно, в чём же тут плавают девушки, но она решила, что выяснит это позже.

После купания ребята уже буквально падали с ног. Зайдя в отведённую им комнату, они увидели три широкие лавки с набросанными шкурами и подушками.

– Давайте обсудим сложившуюся ситуацию,– предложил Артём, когда каждый пристроил посох и улёгся на свою лавку.

Но сделать этого они не смогли, потому что, как только головы коснулись подушек, их веки отяжелели и сами собой опустились.

***

Катя открыла глаза. Артём и Игорь мирно спали. Девочка оглянулась и увидела, что её посох светится. Вернее, светились символы зеленоватым тёплым светом.

Катя села на лавке и стала их разглядывать, пытаясь угадать значения символов. Письмена древних в целом понятны. Знаки воды, солнца, луны и звёзд, людей, деревьев и растений. Но для чего они тут и как их правильно читать. Ведь это не просто украшения.

Задумавшись, она не замечала, как змея старается привлечь её внимание. Наконец сквозь раздумья пробился её шёпот: «Гардиса, повелительница моя, почему ты ничего не делаешь, Эсмес ждёт твоих приказов. Ты уже так долго смотришь на посох.

Тебе нужно лекарство? Но никто не болен»

Тут Катя поняла, что это к ней обращается змея, что зовут змею Эсмес, и что именно её она называет повелительницей и Гардисой. И имя это отозвалось в ней сразу. Это действительно её имя. В памяти начали проноситься странные образы. Вот она стоит на поляне перед костром, над которым висит котелок. Лунный свет опускается молочно-туманным лучом прямо в котелок и клубится там, превращаясь в отвар, а она добавляет туда травы. Эсмес же в это время лежит у неё на плече готовая по приказу принести ей нужный ингредиент.

«Я что колдунья?» – с некоторым страхом подумала Катя. Но тут в памяти всплыла ещё одна сцена. Больной ребёнок на руках у плачущей матери. И Катя терпеливо, по капле поит его отваром. Малыш открывает глаза, и слёзы горя превращаются в слёзы радости. Отец ребёнка, стоявший до того в стороне, бросается к Кате и целует подол её платья, называя её госпожой, феей-спасительницей и прекрасной богиней.