Οβίδιος. Тайна золотого времени

К тому же, дата на часах (вот видите?) совпала с днем моего рождения, во всяком случае, я так предполагаю. В графе напротив фамилии заказчика стояли те же инициалы, что вы видите теперь. D.М. А что такое D.М. в книге мастера?! Но в той же книге часового мастера рядом с этими инициалами было несколько слов по-испански, что-то вроде «Да здравствует король!». Так я и предположил, что заказчик был испанцем… В последний раз, так во всяком случае говорят соседи Гюйгенса, испанца видели у его дома до того, как исчез сам Гюйгенс и до того, как умер мастер… Странно…

– Что странно?

– Мне только сейчас в голову пришла одна мысль… Гюйгенс исчез в тот же день, когда умер мастер! И патент пропал…

– И?

– И на этом пока всё… Но я надеюсь, что когда-нибудь я узнаю правду о своем происхождении, узнаю, кто мои настоящие родители.

– Вероятно, они были довольно состоятельные люди… А тот корабль… Может быть, там кроется разгадка?

– К сожалению, единственное, что мне удалось узнать, так это то, что корабль шел из Кадиса.

Вот потому, сеньорита Лусия, вы оказались на борту моего судна… Я надеюсь в Кадисе найти ответы на свои вопросы, а вы сможете оттуда добраться домой… А знаете ли вы, моя прекрасная попутчица, сколько испанских кораблей носит имя «Санта-Мария»?!

Лусия улыбнулась. В Испании было принято называть девочек в честь Санта Марии, школы при монастырях и церкви – в честь Санта Марии; устраивать благотворительные сборы во имя Санта Марии, благодарить Санта Марию… Не мудрено, что каждый второй испанский корабль носил имя «Санта-Марии».

– А что же моряки?

– Матросы уже давно либо проданы в рабство, либо мертвы. Судовая книга покоится на дне океана… Местные пловцы погружались на дно, но не обнаружили ничего интересного для меня. Возможно, то, что меня интересует, лежит где-то еще глубже…

– Только мне все равно непонятно, почему мусульмане, например, тот же Саид, помогают вам?

– О, с Саидом отдельная история… Когда он служил у Мулай Рашида, шииты подняли восстание в Фесе.

Восстание, разумеется, было подавлено, а Саид, защищая дом бея, оказался тяжело ранен. Он умирал, и марокканские врачи отказались лечить его… Я вылечил его. Он мне обязан жизнью и, хотя он терпеть не может европейцев, должен признать отчасти, что в его спасении повинен испанец.

– Кажется, теперь я многое начинаю понимать, – едва слышно сказала Лусия.