Граф-пират

– И за кем вы охотитесь – за Лавеем или капитаном?

Вайолет вздрогнула.

– Ни за кем.

Ратскилл улыбнулся, показав немногочисленные зубы, блеснувшие как крохотные звездочки в черном небе. Он пристально посмотрел на Вайолет и примирительно покачал головой.

– Я вам не верю. Но после нашего разговора, думаю, вы станете отличной местью для капитана. Я отведу вас на корабль, а сам затеряюсь в городе. На рассвете меня уже не будет, и, помяните мои слова, он предпочел бы скормить меня акулам, чем простить.

Вайолет с неприязнью слушала Ратскилла, но понимала, что он прав.

– Я позабочусь о капитане. – Вайолет знала, что со временем они поладят. К любому мужчине можно найти подход, даже к такому непростому, как граф.

Она оглянулась на ожидающий экипаж. Извозчик с насмешливым видом кивнул ей, поднял фляжку и сделал медленный глоток.

Если эти переговоры продлятся еще хотя бы минуту, она не выдержит.

– На счет «десять» вы должны принять решение, мистер Ратскилл. Мой чемодан стоит рядом с экипажем.

И в тот же миг – Вайолет будет помнить его всю жизнь, потому что он как будто решительно прочертил грань между здравым смыслом и безумием, между безопасностью и неведомым, – Ратскилл, несмотря на свой малый рост, легко взвалил ее чемодан на плечо.

Вайолет в последний раз оглянулась на Лондон. Город был так похож на чернильную воду, плескавшуюся у пристани, темные силуэты кораблей и зданий неотличимы друг от друга, слышался далекий грохот экипажей, отвозивших гостей домой.

Она вернется с победой – с Лайоном или с известием о нем. Вайолет понятия не имела, как это случится, она редко задумывалась о последствиях. Или же она вовсе не вернется домой.

И пока мистер Ратскилл тащил ее чемодан, она подала извозчику фунтовую банкноту. Он коснулся края шляпы, натянул вожжи и уехал.

Вайолет последовала за Ратскиллом; мостки под ногами колыхались и протестующе скрипели, словно предвещая дурное. Он помог ей сесть в лодку и в полутьме повез к борту «Фортуны».

* * *

К половине девятого утра «Фортуна» снялась с якоря и вышла из лондонского порта. Флинт шел по палубе с кружкой восхитительно крепкого черного кофе, готовясь заменить у штурвала мистера Ламли, чтобы снова управлять своим кораблем.