Кукла для колдуна

Женщина немного замешкалась на пути к двери. Очевидно, ее до сих пор продолжали терзать сомнения в том, что по правилам монастыря она должна была сообщить о подобном вопиющем случае, подставив под удар не только нас, но и себя.

– Твоя метка, которую мне удалось скрыть. Я успела побывать там, на Горлонно, однажды. Одна из наших выпускниц по моему запросу организовала возможность посещения королевской библиотеки без личной встречи со мной. И когда в одной из старинных книг я обнаружила упоминание о древе…

Я вздрогнула.

Именно – древо! Не родимое пятно и не страшный шрам, а зеленая крона с резными листочками на грубом почерневшем стволе в миниатюре, узором под лопаткой. Воспоминания бывшей владелицы услужливо подкинули прелюбопытнейший эпизод из прошлого, как Марта, обнаженная, при помощи двух зеркал рассматривала свою спину.

***

– А ты, Иви! Всегда сдержанная, хорошая ученица, ради чего…

– На Горлонно поеду я, и точка, – отчеканила каждое слово, ни минуты не сомневаясь в правильности своего решения.

Иви, конечно, не смогла бы дать отпор сестре Мэрайе. Она никогда не могла постоять за себя. Вот и сейчас больше молчала, чем говорила.

Сестра же пребывала в шоке. По всем правилам она должна была уже бить тревогу, неугодных запереть в одиночных комнатах, в которых в особо тяжких случаях находились заразные больные. У нас это назывались инфекционные боксы, здесь же – кельи уединения души.

– Ты понимаешь, на что обрекаешь вас двоих, взяв на себя право вершить чужие судьбы? – сестра немного пошатнулась, я лишь успела подбежать и подхватить женщину, подставив плечо.

– Иви, стул, живо! – требовательно проговорила, помогая сестре удержать равновесие.

– Сумасшедшие девчонки, – сумбурно пробормотала сестра и перекрестилась, бросив полный надежды взгляд в сторону Святой Бриджи. – Марта, я воспитывала тебя как дочь, и эта метка…

– Никто не узнает. Неужели есть разница, кто будет перекладывать книги с места на место, вести учет картотеки и изредка проверять архив? А Иви… У нее есть причина не посвящать свою жизнь стеллажной пыли.

Сестра Мэрайя долго молчала и лишь изучающим взглядом смотрела то на меня, то на Иви.

– Марта, ты обладательница пяти стихий. Уже завтра все аббатство будет здесь по твою душу. И что я им предъявлю? Вернее, кого? Тебя или …

– Я вас прошу, – проговорила с мольбой в голосе. – Если я сейчас нахожусь здесь и стою перед вами, так только потому, что хочу помочь подруге. Это важно для нее.