Простить невозможно

– Очень приятно, – пожала его ладонь в ответном приветствии. – Итак,  что вы можете рассказать о себе?

– Я прошёл вашу систему охраны за три минуты! Посторонних она должна задерживать как минимум на двадцать минут. В кабинете помощника нет тревожной кнопки, а только на пульте пропускной системы, если ему будут угрожать, он даже пискнуть не успеет. Ну и ваш кабинет, хорошо просматривается из соседнего дома, нет загораживающих штор или жалюзи. В вашем кабинете нет видеонаблюдения и дополнительной охранной сигнализации.

Конечно, вы не президент, но женщина элитного мужского клуба должна быть под защитой. Иначе вас любой при желании прихлопнет как муху. Вы никому просто еще не перешли дорогу, поэтому легко восседаете, закинув ноги на стол!

Моя бровь изогнулась в удивлении. До этого ни один из кандидатов даже четверти не произнес услышанной мной информации. Зевс не дурак, придурка мне точно не подослал бы.

– Ну что ж, Феликс, я делаю выводы, что могу вас взять на работу! Условия у нас достаточно простые… – не успела закончить, как в кабинет ворвался взъерошенный  мужик.

– Это ты, сука, моей жене этого кобеля подложила?! – не успела ничего сообразить, как мужчина ко мне подскочил и со всего размаха двинул кулаком в лицо.

Из глаз посыпался фейерверк, потом временно наступила темнота, в кабинете раздался  визг этого лысого муженька. Резкий глухой стон, и наступила тишина. Пока летела, неудачно зацепилась рукавом за выступ стола, платье затрещало по шву, одна сережка вылетела из уха.

– Руслана, Руслана, вы меня слышите?! – мужчина пытался привести меня в сознание.

– Я… хм.., вроде слышу, – сильные руки подняли меня за плечи и усадили обратно.

– Подождите, я «мусор» сейчас выброшу и вернусь, – он закинул на плечо бессознательное тело мужчины и вышел в дверь.

Щека пульсировала и начала неприятно тяжелеть. Через минуту Феликс вернулся и принёс мне лёд.

–Руслана Викторовна, вот ваши ту-ф-ли!– выпучив и округлив глаза, протянул  Славка. Картина, конечно, умиляет: двери настежь, я в кресле в разорванном платье, с синяком на пол-лица, а рядом на коленях неизвестный мужчина со льдом в руках.

– Спасибо, Слав, ты бы ещё погулял, еще немного, и мое тело бездыханным нашёл бы! – язвительно протянула я.

Хрен знает, где его носило, а ещё говорят: «Бабы-дуры».