Слишком чужой, чтобы быть родным

Сколько прошло времени: час, два?»

Я устала, ноги гудят от высоких каблуков. Я всматриваюсь в находящихся в зале, в надежде найти среди них мужа, но тщетно. Посмотрев в маленькое зеркальце, понимаю, что пора в дамскую комнату, подправить макияж. Выхожу из зала, иду вдоль длинного коридора. Мой взгляд привлекает впереди идущая парочка и мне становится нехорошо…

Следую за ними, они скрываются в пустом конференц-зале, дверь слегка приоткрыта, и я осторожно подаюсь вперед…

– Я так понимаю, ты ничего ей не рассказал?! – обиженно произносит незнакомка.

– Гела, ты режешь меня без ножа. Я только с самолета и нет никакого желания слушать истерики, в том числе и твои.

– Даже так? – блондинка усмехнулась и намеренно выставила в разрез платья ногу в ажурном чулке. Лицо девушки не получается разглядеть, но голос собственного мужа узнаю сразу. Тихо берусь за дверную ручку и тяну медленно на себя.

– Малыш, наберись терпения… – муж проводит рукой по ее ноге и цепляет кружевную резинку чулка, касаясь смуглой кожи девушки.

 – Меня рядом с женой ничего не держит, но она полностью зависит от меня. Я не могу вот так просто взять и бросить ее, нужно подготовить почву: возможно разрешу ей устроиться на работу…

Блондинка льнет к нему ближе и запускает ладонь под ремень брюк.

– Это вопрос нескольких месяцев, – уже более тяжело дышит он, – как только она будет увереннее стоять на ногах…

– Какая забота…Ты что меценат? Что-то ты не думаешь о ней, когда со мной спишь!

Она наклоняется к нему, и ее роскошная грудь в вырезе платья приковывает его взгляд.

– Остановись… Иначе ты выйдешь отсюда без платья!

Я зажимаю рот рукой, чтобы не закричать! Слезы стоят в глазах…

Кирилл придерживает блондинку за талию, она расслабляется и запрокидывает голову, подставляя алые губы. Он кладет руку на ее грудь, нежно поглаживает

и сливается с ней в страстном поцелуе.

Медленно отступаю назад. Смысл сказанного, наконец обретает форму, и доходит до моего сознания.

«Значит все эти командировки, лишь только часть правды…»

Виски пульсируют, сердце бешено отбивает чечетку в груди, слезы ручейком стекают по щекам.

«Дура, я все-таки непроходимая дура! Бежать! Немедленно бежать! Почему я не невидимка? Я просто бы исчезла…навсегда!»

Прикрыв дверь, я «бегу» от интимной сцены и предательства мужа.

«Сволочь! Какая сволочь!» – проносится в голове.

Быстро нахожу женский туалет и скрываюсь в нем.