Женитьба Ночного охотника

Хорошо, если сейчас удастся размыть голову, а если нет – только состригать все.

– А может, и к лучшему, легче будет юношей притворяться?

– Помолчи, я вижу, ты девушка общительная, за словом в карман не лезешь.

«Молчание – золото», – Стен это говорил. Я выдохнула и стала помогать женщине развязывать узлы из моих волос.

Пар ударил в лицо, Гретта лила на меня из кувшина горячую воду и тут же втирала в волосы какие-то дивно пахнущие масла. Затем целительница взяла травяной веник и от души прошлась по всему телу, в какой-то момент я совсем разомлела…

Дверца в бане приоткрылась, и одна из помощниц женщины просунула лицо в щель.

– Тебе чего, Вейра? Не видишь – занята…

– Тетушка, не серчайте, там Милейка прибежала, говорит, схватки начались.

– Рано ей еще, панику только наводит. Эх, ну что же с вами делать… – Гретта подхватила подол своей рубашки, быстро отжала и встряхнула руки от воды.

– Рейннет, управишься тут одна?

– Рейннет? – Чужое имя резануло слух, и я посмотрела на женщину.

– Рожденная вне мира, – пояснила Гретта и сунула в руки большой гребень. – Пока причешись, а я скоро вернусь.

Эх, знать бы, как звали девушку по-настоящему, а так поди догадайся теперь. Хорошо, что свое имя не забыла – Ксения. Хотя если переделать на их лад, можно стать Ксеной или Ксерай какой-нибудь.

Ноги немного затекли, и я присела на лавку, прочесывая волосы гребнем. А волосы, как оказалось, длиной доходили аж до поясницы у меня. Давно не парилась в бане, вернее, я даже уже и не вспомню, когда это вообще было в последний раз.

Решила воспользоваться моментом и плеснула еще водички на камни, добавив самую капельку того ароматного масла, которое мне втирала в волосы Гретта. Пар высоко поднялся, а вода на камнях громко зашипела, за этими звуками я не услышала, как хлопнула дверца бани и скрипнула половица.

Тонкий медовый аромат и запах пивного напитка, который я успела попробовать в зале, ударил в нос.

– Тетушка, прими уставшего сына с дороги… – знакомый бархатный баритон раздался совсем рядом.

Я выронила гребень из рук, не понимая, что же мне теперь делать, и абсолютно позабыв, что я стою перед Стеном в чем мать родила. Сердце пропустило удар и рухнуло в пятки, резко стало так холодно, что аж голова закружилась.

Безупречный был по пояс обнажен, на его рельефной груди играли мышцы. Невольно взглядом выхватила аккуратные кубики пресса и дорожку светлых волос чуть ниже пупка, устремляющуюся к штанам, приспущенным на бедрах.