Ведьма и предубеждения

Не только благодаря широким витражным окнам, но и интерьеру, имитирующему блеск этих самых камней. Вкрапления зелёного стекла были повсюду: в паркете, в стенах и даже в колоннах центрального зала. Ну как же без колонн в пафосном заведении? Солнечные лучи отражались от всего этого великолепия и создавали посетителям полное ощущение нахождения в сердцевине драгоценного камня.

Мы сидели в самом укромном уголке зала, благодаря столь раннему времени, но и это особо не спасало от блеска. Инквизитор чувствовал себя крайне неуютно, пытаясь уместить своё крупное тело в узкое изящное кресло, а крошечный округлый столик явно не был создан для такого высокого и мощного мужчины.

Заказанный кофе, принесённый в маленьких тонкого фарфора кружечках, увеличивал издевательство над беднягой.

– Так о чём вы хотели поговорить, ваше преосвященство? – спросила я, когда официант удалился.

Инквизитор постарался сосредоточить своё внимание на мне:

– Вчера вы рассказали, что работали над особым удобрением для мандрагоры.

Я хотел бы узнать у вас состав.

– Вы? Ну это просто… удобрение. Ничего особенного, смею вас уверить. Мы с деканом Даретос хотели ускорить рост мандрагор. Только и всего.

– У вас это получилось? – при этих словах мой собеседник напряжённо застыл.

– Как вам сказать? И да, и нет. За последние два месяца мы добились значительного роста, но…

– Было но?

– Да. То есть, мы спрогнозировали, что дальнейшее ускорение роста может привести к нежелательной деформации корней, и как следствие, снижение полезных свойств растений.

Знаете, такое бывает, – я пустилась в рассуждения, – даже у людей усиление функций роста приводит к тому, что не все органы успевают сформироваться как следует.

– Вы нашли другое решение?

– Почти… Мы, как бы вам сказать, экспериментировали. Нельзя сказать, что безуспешно, но… конечный результат ещё не был достигнут.

– Можете поделиться?

– Могу, конечно. Однако, ваше преосвященство, позвольте и мне любопытство.

Мужчина взглянул на меня не то чтобы недовольно, но было в этом взгляде нечто, заставляющее нервничать.

И я, конечно, понервничала, как положено, но продолжила:

– Почему священная инквизиция и вы интересуетесь столь невинным и земным делом как удобрение для мандрагор? Что случилось с деканом Даретос? Я… волнуюсь за неё.

Инквизитор уставился на меня таким взглядом, что захотелось немедленно покаяться во всех грехах.

– Волноваться вам надо за себя, мисс Соврикас.