Ведьма и предубеждения

А мужик молодец оказался, до последнего боролся за меня. Я даже не ожидала такой преданности от мимолётного увлечения. Рыцарь, одним словом.

Когда меня возвели на костер, я потребовала последнее слово. Мне его давать не хотели, так как испугались, что я ещё в чём-нибудь признаюсь, а они не знают, что с этим делать. Но сошлись на последнем желании. Желание у меня было: задать только один вопрос. И вопрос был к Великому Инквизитору. (Чисто технически, задавать его пришлось толпе, так как Великий Инквизитор где-то прятался на балконе).

– С чего вы взяли, что настоящие ведьмы рыжие?

В этот момент личина слетела с меня, и я предстала в своем истинном облике. Народ ахнул, палач забыл поднести факел к дровам. Чтобы не испортить красоту картины, пришлось его подбодрить. И в момент, когда языки огня охватили меня, я исчезла.

Представлением остались довольны и я, и толпа. Все, кроме инквизиции. Подрастеряв репутацию, они перестали хватать рыжеволосых красавиц, да и их пыл в отношении ведьм, угас на какое-то время.

Мне же пришлось заново отстраивать свою жизнь. Был ещё один побочный эффект этой истории. Обо мне вспомнили. Какой-то излишне дотошный учёный поднял древние архивы и раскопал на основе моих «признаний» разные старые истории. Народ пошумел, послагал песни и легенды о страшной тёмной древней ведьме, и так как больше никаких событий не было, всё так осталось, на уровне легенд. Сейчас же, в университете по предмету «история магии и её создатели» про меня проходят.

И пошла я в университет, правда не на уроки, а работать. Если уж мандрагора оказалась так важна, надо довести работу до конца. Это дело чести, в конце концов. Ну и, конечно, любопытно узнать всю эту историю от начала и до конца.

В этот раз, я с осторожностью продвигалась по коридорам университета. Не хотелось нарваться на разъярённого Бронского и снова устраивать разборки. Вдруг свидетели будут?

И конечно, возле теплицы меня поджидали неприятности.

Я шла, не сводя взгляда с виконта, но, когда приблизилась на расстояние вытянутой руки, случилось непредвиденное. Гордый виконт упал предо мной на колени. От изумления я не знала, что сказать. Похлопав глазами, я выдавила из себя:

– Что это с вами, ваша светлость? – ничего более умного в голову не пришло.