Последний Праведник. Часть 2. АНИША. Вернуть свет души

Взгляд воина был устремлен вдаль. Шорох стоял рядом с ним.

– Удивительно, – Игнар почувствовал пробуждение друга, – даже следов не осталось.

Мирай поднялся на ноги. Подойдя к побратиму, он стал на краю утеса и осмотрел пустыню. Пески безмолвствовали. Сколько вчера продолжалось буйство природы праведник не помнил. Стоило утихнуть последним стонам, он без сил провалился в сон. А проснувшись увидел – пустыня безропотно приняла дань. Ее пески погребли все без остатка.

– Ты вчера отрубился, – воин повернулся.

Белые жгуты волос отразили свет восходящего солнца. Покрасневшие от бессонной ночи глаза добавили жути в образ, – тяжело было?

– Да, – праведник не стал скрывать, – спасибо, что прикрыл.

– Ты знаешь, – Игнар подошел ближе, – я всегда рядом.

– Знаю, – рука Мирая опустилась на плечо побратима и сжала его, – иди отдохни, – друг попытался мотнуть головой, – иди, иди. Ты сейчас похлеще Шороха страх навести можешь.

– Так может оно и к лучшему, – широкая улыбка смягчила уставшее лицо воина, – распугаю всех по дороге.

– Некого пока распугивать, – Мирай покрепче запахнул накидку на плечах, – смерть собрала хороший урожай этой ночью.

– Это точно, – глаза Игнара заволокла темная поволока, тело вздрогнуло от воспоминаний, – ладно, буди как сочтешь нужным.

Побратим бросил под голову рюкзак и укрывшись теплой тканью погрузился в сон.

Праведник обошел бывшее пристанище древнего Храма. Мелкая каменная крошка заскрипела под ногами. Ни от строения, ни от статуй ничего не осталось.

Здесь вообще ничего не осталось. Лишь воспоминания теплом согрели душу. Мирай непроизвольно остановился в месте, где долгие годы без движения провел древний мистик. Его тело сохранило юность, ум не утратил ясность, а вера с годами только крепла. Мираю столько не надо. Лишь вера. Вера, в то, что Господь укажет верный путь. Присев на камень, праведник скрестил ноги. Шорох пристроился рядом. Положив могучую голову на лапы, он прикрыл темные глаза. Спокойствие окутало утес. Сознание праведника привычно погрузилось в транс.

…

Жаркие лучи солнца прогнали утреннюю прохладу. Ночной ветер разогнал тучи – сегодня небо было необычно ясным. Нет, оно не приобрело того ясно голубого цвета, о котором Мирай читал в летописях. Грязно серое покрывало тянулось от горизонта до горизонта. Но тяжелых облаков не было и багряное светило предстало во всей своей красе. Большой тяжелый диск медленно поднимался. Тени становились все короче.