Виноградные грезы. Найти и потерять

Если она не разлюбит тебя, то перестанет развиваться – ослеплена чувствами, тонет в них. Ей, полагаю, ничего больше и не нужно.

Слова Джерада посеяли сомнения: Аристель действительно ничего не планировала, настолько безумной, недостижимой казалась мечта быть со мной. Ей восемнадцать. И мне не нравилась ее чрезмерная наивность. Ари предстоит взросление, на многие вещи мы уже смотрим под разным углом.

– Боюсь, я испорчу ей жизнь. – Мне не удалось скрыть грусть в голосе. – Ари юная. Не хочу ее вожделеть, но она идет ко мне в руки и… происходит что-то сумасшедшее.

Не страсть уже, не любовь еще. Все сложнее, чем кажется.

– Управляет твоим телом, скоро и разумом начнет. Женщины опасные существа, друг мой, будь им восемнадцать, двадцать или сорок. В итоге ты отпустишь ее, не может быть иначе. Она должна уехать, верно?

– Верно.

– Будешь ей пользоваться?

– Я не пользуюсь, я…

Шум воды в ванной прекратился, и я закончил разговор. Через пять минут Ари мелькнула в дверях спальни.

Она мягко ступала босыми пятками по ковру, до одурения домашняя в моей футболке.

Подойдя к кровати, Ари молча обняла меня, уткнулась лбом в мое плечо, как котенок. Мой бодрящий, свежий гель для душа не подходил ей, хотелось вновь чувствовать обволакивающую карамель и спелую малину. Я будто помешался на этом запахе.

– «Нет на свете обмана хуже, чем самообман» [7 - «Большие надежды», Чарльз Диккенс.].

– Что? – сипло переспросил я.

– В книге прочитала.

 – Ари взмахнула мокрыми волосами. – «Большие надежды». Еще: «Кто вопросов не задает, тот лжи не слышит» [8 - Там же.].

– Гм… – только смог ответить я, повернулся и стал целовать ее.

Ты не вовремя в моей жизни, Ари. Я загнан в ловушку и хочу, чтобы время остановилось. Устану ли я от твоей любви? Разочаруешься ли ты во мне? Или растворишься, словно кубик сахара в кофе? Когда все будет не так сложно?..

И я не справился с демонами. Влюбленность обволакивает дымкой, здравому смыслу не пробиться.

Разговор с Джерадом – и дымка рассеялась. Притворяться, что меня ничего не тревожит, тошно. Смотреть в ее глаза совестно. Я не Джерад Андерсон, не могу играть чувствами. Не могу пользоваться ее любовью, спать с ней, зная, что она уедет.

Я отпущу Ари раньше, чем полюблю. Расстаться через неделю будет труднее. И через несколько месяцев, когда закончится ее виза. Оставить Ари в США я не смогу, это не ее родина, не ее жизнь.