Лес пропавших дев

– В каком состоянии было ее тело?

– Он слишком испугался, чтобы подойти к ней близко и рассмотреть ее, просто побежал сразу к моей матери рассказать обо всем. – В голосе девушки звучали слезы. – Хёнок было всего четырнадцать. Поверить не могу, что она умерла.

И тут все остановились. Я встала на цыпочки и вгляделась в темноту. Что там впереди? Но передо мной были только спины. Потом послышался чей-то шепот, бормотание, и тут кто-то пронзительно крикнул:

– Хёнок-а!

Я ускорилась, Мэволь поспешила за мной.

Вскоре мы настигли толпу, люди перед нами теснились и вытягивали шеи, чтобы рассмотреть хоть что-нибудь. Сквозь стену спин я разглядела скалистый крутой обрыв, на самом краю которого лежала женская туфелька.

Страшное предчувствие всколыхнулось в моей груди. Только тот, кто бежит без оглядки, спасая свою жизнь, может потерять туфлю и не вернуться за ней.

Я отодвинула стоявших передо мной людей и смогла наконец все разглядеть. Склон спускался вниз примерно на тридцать шагов, у его подножья виднелись острые камни.

И там, среди камней, лицом вверх лежала бледная девушка, ноги которой были вывернуты под странным углом.

Женщина позади меня продолжала кричать:

– Хёнок-а! Хёнок-а! – Горе, звучавшее в этом крике, было таким острым, что мне казалось, будто меня режут ножом. – Вставай! Я здесь! Мама пришла за тобой!

Но Хёнок не двигалась.

Я взяла факел из рук крестьянина и, хватаясь за ветви деревьев и выступающие из земли корни, заскользила вниз по склону.

Спустившись вниз, я перелезла через камни и остановилась у тела девушки. Желудок скрутило, и я еле устояла на ногах, когда заглянула ей в лицо. Совсем еще девчонка, младше меня, губы ее были слегка приоткрыты, а глаза широко распахнуты – она будто смотрела сквозь ветви деревьев на брызги звезд, расплескавшихся по небу.

– Хёнок, – шепотом окликнула я ее по имени, которым звала ее мать. – Хёнок-а, ты слышишь меня?

Она не моргала.

Во рту у меня пересохло, язык прилип к нёбу.

Я не стояла так близко к покойнику с тех пор, как умерла мама. Маму я обнимала, пока она не стала совсем холодной. Окончательность и бесповоротность смерти… пугала меня.

– Поговорите с ней, – прошептал кто-то. Я не сразу поняла, что крестьяне обращаются к моей сестре. – Госпожа Мэволь, поговорите с ее духом. Она хочет что-нибудь сказать нам? Это был несчастный случай?

Мэволь казалась бледной и испуганной. Раньше ей не доводилось видеть покойников.