Россия на Дунае. Империя, элиты и политика реформ в Молдавии и Валахии, 1812—1834

Петр Великий получил такие обращения от одного валашского и трех молдавских господарей, прежде чем заключил Луцкий договор с молдавским князем Дмитрием Кантемиром в апреле 1711 года, накануне злополучного Прутского похода[74 - Речь идет о валашском господаре Константине Брынковяну (1690, 1698) и молдавских господарях Антиохе Кантемире (1699), Константине Дуке (1701) и Михае Раковицэ (1704). См.: Исторические связи народов СССР и Румынии. Т. 3. С. 114–118, 132–135, 166, 204–206 соответственно. О связях Петра с господарями до 1711 г.

см.: Очерки внешнеполитической истории Молдавского княжества. С. 240–242; Ardeleanu G. ?tiri din coresponden?a lui Petru I // Studii ?i cercetari de istorie medie. 1950. No. 1. P. 192–208. О Луцком договоре см.: Panaitescu P. Tratatul de alianta dintre Moldova si Rusia din 1711. 250 de ani de la ?ncheierea lui // Studii. Revista de Istorie. 1961. Vol. 14. No. 4. P. 897–914; Foc?eneanu I. Tratatul de la Lu?k ?i campania ?arului Petru I ?n Moldova (1711) // Studii privind rela?iile rom?no-ruse. Bucure?ti: Academia Republicii Populare Rom?ne, 1963. P. 1–55.]. В то же время краткий обзор русско-молдавских соглашений второй половины XVII – начала XVIII века демонстрирует, что с самого начала молдавские и валашские элиты были готовы пойти «под высокую руку» московских царей только на определенных условиях. Так, договор 1656 года между Алексеем Михайловичем и Георгием Штефаном предусматривал, что в последующем молдавские господари будут избираться только среди уроженцев княжества, сохранят свои традиционные прерогативы и восстановят свою юрисдикцию над так называемыми райями – пограничными крепостями и прилегающими к ним территориями, аннексированными Османами[75 - См. «статьи», предоставленные молдавским митрополитом Гедеоном и логофетом Некулом 12 мая 1656 г., согласно которым молдавский господарь должен был «быть в том же чину», что и его предшественники до попадания в зависимость от Османов, и которые гарантировали, что «честь и чин государства нашего не порушился бы, как не была порушена и от нечестивых». Статьи были подтверждены Алексеем Михайловичем 20 мая 1656 г., после чего молдавские представители принесли клятву верности царю. См.: ПСЗ. Сер. 1. Т. 2. С. 385–390.]. В 1674 году молдавские бояре были готовы принести присягу царю при условии сохранения «обычаев земли» и «старых прав», в том числе права избирать господаря и главных светских и духовных чиновников.