Доктор Кто. Великий Доктор

 – Первосвященник Микадос, могу я поинтересоваться, сколько времени прошло с… Пришествия?

Младший монах шагнул вперед.

– Женщинам запрещено обращаться к первосвященнику. Лгут их языки и распространяют болезни.

Доктор застыла в замешательстве.

– Вы о чем? – удивился Грэм. – Кто придумал эту ерунду?

– Вы, ваше великолепие, – ответил монах.

– Так написано в Книге Истин, – объяснил Микадос. – Именно женщины принесли чуму на наши земли. Они предали слово ваше и несут теперь бремя греха бесконечного.

– Забавно звучит, – протянула Доктор.

– Вот что я скажу, – начал Грэм. – Что, если этот грех бесконечный… закончится? Прямо сейчас! Я… отпускаю женщинам грехи. Доктор… – В последнюю секунду Грэм осознал, что если Доктор – он, то сама Доктор должна стать кем-то другим, – …молвил свое слово, ибо Великий Доктор я и есть.

«Выкрутился… – подумал Райан. – Может, Грэм все же обладает талантом».

– С настоящей минуты, – продолжал Грэм. – Я дозволяю вам говорить с другом моим… имя которому Медсестра.

– Медсестра? – взорвалась Доктор.

– А что плохого в медсестрах?

Доктор смягчилась, но не впечатлилась идеей.

– Точно, все верно. Да, я тут медсестра.

Микадос наконец-то посмотрел в глаза настоящему Доктору.

– В Священном писании ничего не сказано о Медсестрах.

– Надо бы мне взглянуть на это ваше писание, – серьезно заявила Доктор, сощурившись. – Но сначала нужно забрать другого нашего ангелочка из вашей тюрьмы.

Глава 6

У Ясмин Хан никогда не бывало похмелья, но она подозревала, что по ощущениям оно как раз такое – мозг как будто барабанил по черепу изнутри, пытаясь выбраться наружу.

На долю секунды ей почудилось, что она у себя дома в постели, поэтому Яс в ужасе подскочила, боясь опоздать на работу. Однако в мгновение ока память вернулась.

Яс была уже не возле ТАРДИС. Первое, что сразило ее наповал – запах. Запах потных носков, канализации и грязного тела. Яс тотчас прижала рукав к носу, надеясь спастись от жуткой вони.

Ясмин лежала на спине на холодной твердой поверхности. Готовая защищаться, она вскочила на ноги, но врезалась головой прямо в верхнюю койку.

– Ай!

– Аккуратнее, – отозвался грубый голос.

Камера (Яс не раз доводилось бывать в таких по долгу службы, так что она сразу поняла, где оказалась) была грязной и сырой. По стенам струилась вода, а по ту сторону высоких оконных решеток слышался шум океана.