Свет, обманувший надежды

Этот психологический кризис, в свою очередь, стимулировал легко политизируемую тягу к утраченной «подлинности».

Следует отметить, что попытки слабых имитировать сильных и успешных отнюдь не новость в истории наций и государств. Но такая имитация обычно походила на мелкое обезьянничание, а не на подлинные преобразования, связанные с серьезными психологическими и социальными потрясениями, на которые решилась Центральная Европа после 1989 г. Доминировавшая в Европе XVII века Франция Людовика XIV вдохновляла многих имитаторов, копировавших ее внешний лоск.

Как отметил политолог Кеннет (Кен) Джоуитт, копии Версаля были построены в Германии, Польше и России. Французским манерам подражали, а французский стал языком элит. В XIX веке объектом поверхностного, «декорационного» копирования стал британский парламент, а после Второй мировой войны в Восточной Европе, от Албании до Литвы, был создан целый ряд сталинистских режимов с одинаково уродливой сталинской архитектурой – как городской, так и политической[31 - Ken Jowitt, ‘Communism, Democracy, and Golf’, Hoover Digest (30 January 2001). ]. Важная причина такого широкого распространения косметических имитаций в политической жизни состоит в том, что они позволяют слабым казаться сильнее, чем те есть на самом деле, а это полезная форма мимикрии во враждебной среде. Кроме того, имитаторы кажутся более понятными – и безопасными – для тех, кто в ином случае мог бы попытаться им помочь, навредить или маргинализировать их. В мире после холодной войны «изучение английского, демонстративное чтение “Федералиста”[32 - «Федералист» (или «Записки Федералиста») – The Federalist Papers – сборник из 85 статей в поддержку Конституции США. Считается обязательным источником для изучения американской демократии. – Прим. пер.], костюмы от Армани, выборы» и любимый пример Джоуитта – «занятия гольфом»[33 - Ken Jowitt, ‘Communism, Democracy, and Golf’, Hoover Digest (30 January 2001).] – позволяли незападным элитам не только усыпить бдительность влиятельных западных партнеров, но и предъявлять им экономические, политические и военные требования. Мимикрия под сильного позволяет слабому государству паразитировать на огромном авторитете и престиже настоящего «Версаля», не превращаясь при этом в источник национального унижения или серьезную угрозу национальной идентичности.

Говоря о непредвиденных последствиях однополярной эпохи имитаций и называя очевидный после 1989 г.