Сказки жизни

Надо наслаждаться тем, что ты делаешь, и тем, что из этого получается. И будет тебе счастье, и через тебя – близким твоим.

– А ты что, деда не любишь? – осторожно поинтересовалась внучка шёпотом.

– Да кабы не любила, разве б красоту такую вышивала?

– А говоришь, что делаешь, чтобы тебе хорошо было? – спросила девочка, недоумевая.

– Конечно. Так ведь, когда мне хорошо, и ему хорошо. Вот я ему рубашку, к примеру, вышиваю. Я её любовью своей наполнила и обережными символами украсила. И он в этой любви живёт, он ей наполнен, и каждое его действие ей пропитано.

И главное, он в ней неуязвим, ни одно злое слово его не достанет. И я спокойна от этого, и он спокоен в этой рубашке любовью и спокойствием наполненной, – растолковывала бабушка, с улыбкой поглядывая на деда.

– А кабы я для него делала, – продолжала она, – я б тревожилась, старалась бы сильно, думала, вдруг ему не понравится. Ведь для другого человека – не для себя. И этой тревогой я бы и рубашку наполнила. А он бы эту тревогу на себя надевал и искал, что не так.

И обязательно нашёл бы в этой рубашке то, что ему не нравится. Так мало того, и в делах бы его эта тревога ощущалась, и результат хуже был бы. Так мог бы и неудачи свои на мою рубашку списать.

– Дед, правда? – с недоверием спросила внучка у своего мудрого деда.

– Истинная! – кивая, ответил он. – Поэтому и говорю, что женщины эгоистками быть должны и делать то, что им нравится, а не про смыслы или миссии думать. Тогда и мы, мужчины, будем счастливы.

– Ах, вот оно как… теперь понятно.

Внучка задумчиво улыбнулась и взялась за пяльцы.

50 лет без него

Ангелы сидели на корточках молча, опустив свои крылья. Архангел стоял чуть в стороне, потупив голову. Казалось, что даже сияние их облачений потускнело.

– Я что уже умерла? – спросила Света. – Нет. Тогда бы мне не было так больно! – сама же и ответила она. – Как будто кол торчит в груди. Я не могу дышать.

– Пока нет, – подтвердил Архангел, – это инфаркт.

Света повернулась к нему и, скользнув взглядом по его золотисто-зеркальному облачению, замерла.

В груди у неё зияла огромная дыра.

– Он не узнал тебя. Для тебя это равнозначно смерти, – ответил на её немой вопрос Архангел.

– Он не узнал меня… Я всё ещё не верю… Мне казалось…

– Сомнения оставили тебе шанс. Иначе ты умерла бы сразу.

– Почему? Напомните мне, я плохо соображаю сейчас.

– Ты решила, если он не узнает тебя, ты умрёшь. И так будет каждый раз.

– И это не первый раз?

– Нет.