Сказки жизни

В дополнение ко всему, соседка-мамаша сказала Алёне, видя её раздражение:

– Вот будут у вас свои дети, тогда поймете.

Своих детей у Алёны не было и, возможно, уже никогда не будет. И, наверняка, это тоже сыграло свою роль в её раздражении. Просто Алёна не хотела, боялась в этом признаваться даже самой себе.

– Лёха! Привет! – донеслось с соседнего ряда.

– О, здорово, Серёга! – заорал сидящий впереди неё мужчина так, что Алёна вздрогнула.

– А ты ваще не изменился за 10 лет, прямо как вчера дембельнулся, – прилетело с противоположной стороны.

– Зато ты заматерел, – парировал сидящий впереди Лёха.

Алёна заскрежетала зубами. Встреча двух бывших сослуживцев, восторженно перекрикивающихся практически через неё, поскольку один сидел перед ней, а другой – на противоположной стороне, её никак не радовала.

Их диалог разносился на весь салон. Поменяться и пересесть на место её соседа никто не захотел, и им пришлось продолжить своё общение так.

Уже все знали о том, что с женой Серёга развёлся, потому что она «тупая курица с царскими запросами», и что дети все в неё и в тёщу, о том, какой козёл был их прапор, о том, как они издевались над Васькой, имя которого они долго вспоминали, потому что звали его не иначе, как «ушастое чмо».

Когда речь зашла о медсестре Танечке и о том, как Лёха за ней ухлестывал, женщина, сидевшая рядом с Лёхой, встала и пошла в направлении Серёги. Она решила пересесть на его место, чтобы сослуживцы смогли пообщаться спокойно, не нарушая покоя всех пассажиров салона.

Серёга, перебравшись через сидящего с краю мужика, свесился над своими сиденьями и, дыхнув перегаром, выдал:

– Какой тут цветник! Девочка, тебе папа не нужен? – обратился он к малышке. И не дожидаясь ответа продолжил: – Я не прочь поразвлечься с твоей мамой! – и, переведя взгляд на Алёну, подмигнул:

– И ты тоже ничего! Ну что, красотка, развлечёмся?

Алёна ощутила леденящий ужас во всём теле. Он, как липкое серое амёбообразное существо обволакивал её своими щупальцами.

Ей стало тяжело дышать, как будто они сдавили ей грудь. Ей хотелось кричать, но у неё было такое ощущение, что рот её просто заклеен. Холодный пот покрыл всё тело. Она вспомнила то, что пыталась забыть уже 10 лет.

В памяти всплыл сумрачный парк, по которому она возвращалась с практики, когда трое пьяных парней, перегородили ей дорогу. Память очень чётко явила ей их наглые лица, нет рожи, которые поочерёдно приближались к её лицу, окатывая перегаром.