Рукописи последнего друида

Он не просто читал свои молитвы, он их читал так, что сам верил в них, верил в то, что помогут они. Исцелят.

И помогал он людям. Словами своими помогал, делами, сердцем своим, полным любви ко всему живому…

Напросился я к нему было в ученики, а он мне и говорит:

– Да ходи если хочешь со мной и смотри, что делаю, только учить я не умею. Тут сердцем нужно чувствовать.

Учил он меня, как мог, а только я по собственным ощущениям так и не стал друидом.

Хотя честно скажу, – пытался.

Что меня поражало всегда в друиде, так это его всетерпимость. Он мог сносить все невзгоды и неприятности очень стоически. Наши отношения складывались долго и непросто. Я его стал со временем звать отцом, он называл меня сыном, и я был горд этим.

Наши отношения с ним были странными с точки зрения стороннего наблюдателя. Но всегда нужно чувствовать сердцем, чтобы понять, почему люди уважают и любят друг друга.

Я помню, как друид снимал боль со смертельно больной женщины, которая практически умирала. У больной был рак, и врачи выписали её домой умирать. Женщина сильно страдала. Друид посмотрел на неё слезящимися глазами и прочел шепотом:

…«Молодой месяц! Не был ли ты на том свете?

– Был!

– Не видел ли ты мертвых?

– Нет!

Как у мертвых тело онемело, так бы и у рабы Божьей…, чтобы тело онемело и никогда не болело».

Я знаю, что прожила эта женщина еще три месяца, а потом умерла, но БОЛЕЙ У НЕЁ НЕ БЫЛО!!!

Кто-то скажет мне – ну и что?

Я возражу – у вас зубы болели? А представьте, что они болят постоянно. И неужели вам лично одинаково жить – с болью, или без неё?

Помню еще случай. Мужик один к друиду пришел. У мужика рожистое воспаление на ногах было такое, что ноги были раза в три толще обычного.

Друид посмотрел, покряхтел, как дуб старый, на руки поплевал и стал заговаривать:

…«Рожа красная, рожа белая, рожа серая, рожа черная, рожа глазовая, рожа часовая, рожа минутная, рожа секундная.

В который час, минуту, секунду эта болезнь нашлась, в этот час, минуту, секунду потерялась»…

Мужик тот еще несколько раз походил на лечение, и с каждым его приходом ноги его становились все более похожие на нормальные, человеческие ноги, а не на обваренные культяпки.