Импровизации на тему психоанализа

Но если это пока что явно не так, если мы видим фоновое сопротивление отечественной культуры уже не первой попытке навязать ей привозные варианты теории и технологии работы с бессознательным, если все опять нужно начинать с самого начала и выращивать отечественный психоанализ на российской почве естественным образом – «путем зерна», то о проблемах психоанализа и «психоаналитичности» нужно не молчать, а говорить.

И говорить, вовлекая в этот разговор как можно большее количество заинтересованных людей; желательно – всех тех, кто вообще понимает, о чем тут идет речь.

Ведь где мы найдем заинтересованность в контактах с бессознательным, в ком обнаружим талант деятельного соприкосновения с последним – заранее никто сказать не может. В начале 90-х, когда психоаналитический проект в очередной раз пришел в Россию, кто только на него не откликнулся: от философов (к которым и я себя тогда причислял) до инженеров-электротехников, начальников поездов и учителей географии.

И все они (а точнее – все мы) отозвались тогда на зов живого психоанализа: не книжного, не дидактического, и тем более – не профессионального, а живого, т.

Таким вот живым психоанализом я и наполнил для вас эту книгу. Живым потому, что я превращал в текст живые, буквально – новорожденные, мысли, чувства и желания.

Возможно, я был в ней излишне откровенен, но пожалею об этом как-нибудь потом.

Книгу эту можно читать с любого места; на какой странице вы бы ее ни открыли – там будет ждать вас дверка в пространство «психоаналитичности», за которой открывается целый мир. Мир, радикально отличающийся от нашей обыденности, считающийся даже ее негативом, мир, местами страшный, но по-своему красивый, интересный и даже местами уютный. Особенно для тех, кто не просто с любопытством поглядывает в сторону здания психоанализа, построенного некогда Фрейдом, а уже живет в нем и работает, либо – претендует на поселение и прописку.

Главное же в том, что эта книга задает читателю множество вопросов (которых в моих импровизациях гораздо больше, чем утверждений или гипотез).

А сформулировать новые вопросы там, где все вроде бы договорились о некоем понимании и спрятались за ним, как за стеной, от того, что Фрейд назвал «истинно реальным психическим», это – дорогого стоит!

Уж поверьте…

Ну вот.