Импровизации на тему психоанализа

Для меня же этот наш маленький мир есть своего рода резервация, где хранится память о том, еще не новом, а ныне – «ветхом» мире, с его уже забываемой «инаковостью»: иными формами общения, иным языком, иными смыслами, иными ценностями, иными символами. И иным, телесным, а не «гаджетовым», типом подключения людей друг к другу.

Эта память, эта своего рода «резервная копия» классической человечности, переставшей воспроизводиться естественным путем в начале прошлого века, изначально была демонстрацией нормы, на которую, как на камертон, настраивались оттаскиваемые от нее временем, но тянущиеся к ней, страдальцы.

Позднее она стала своего рода лекарством, все увеличивающиеся дозы которого помогали людям, желавшим оставаться людьми в классическом понимании этого состояния, делать это несмотря ни на что. Потом она стала приманкой для тех, кто отчаялся в мире торжествующего нарциссизма найти человека, каких теперь не делают – способного заинтересованно слушать и говорить не только о себе.

А сегодня? Сегодня, пожалуй, те немногие коллеги, которые еще сохраняют верность чистой классике нашего жанра, маркируют своим присутствием зоны особого элитарного опыта, своего рода – путешествия на машине времени в мир, где думают и сопереживают, анализируют и испытывают озарения, фантазируют и обсуждают сны, находясь в поле иной, классической, уже практически утерянной, культуры.

И главное – где можно посредством опытного медиума пообщаться с той неведомой, но всевластной силой, которая порождает нас, управляет нами и наказывает нас за то, что мы, не понимая ее языка, с самоубийственной опрометчивостью противоречим ее воле.

1. О МУДРОСТИ ПСИХОАНАЛИТИКА

Архетипически психоаналитик расположен на пересечении зон архетипической ответственности Героя и Мудрого Старца.

Героическая мудрость, в свое время афористичнее всего выраженная царем Соломоном – «И это пройдет», позволяет принимать неизбежное. Быть консерватором, отстаивая сверценность стабильности там, где все вопят от боли и дрожат от бессильной злобы.

В том числе и злобы на тебя, утверждающего, что любое уклонение от страдания только ухудшит ситуацию. Потому что страданиями мы умилостивим БСЗ, а сопротивлением – разгневим его.

Героическая мудрость – это непротивление и злу, и добру (ведь это одно и тоже, только увиденное с разных ракурсов). Это позиция невмешательства – пускай все просто движется по привычному руслу, позволяя нам жить опытом заложенных в нас схем.