Рок над Россией. Беседы Сергея Рязанова с персонами национальной рок-культуры

Может, в этом есть смысл?

– Какой-то смысл, пожалуй, есть. С другой стороны, есть столько интересного, что может сказать человек до 30 лет и чего он потом уже никогда не скажет.

– Молодые, и ты в том числе, часто считают себя умнее всех. Есть кто-то умнее тебя?

– Разумеется. Прежде всего это писатели. Я бесконечно восхищаюсь Пелевиным – его творчество очень смешно, умно, тонко, круто. Оруэлл, Паланик – всё это для меня интеллектуальные авторитеты. Хотя я не черпаю из их книг жизненные установки.

Я слушаю всех, но выводы делаю самостоятельно. Такого авторитета, к словам которого я бы прислушивался безоговорочно, у меня нет. И, мне кажется, не должно быть ни у кого.

– Тебе нравится твоё поколение?

– Поколение восьмидесятых? Вполне. Меня больше пугают люди, родившиеся в девяностых и нулевых. Мы, не имея такого лёгкого доступа к разной информации, стремились её получить. Больше читали. Сейчас с образованием явно творится что-то не то. У них и с историческими фактами полная беда, и орфография скатилась ниже некуда.

Поклонники из этого поколения пишут мне в социальных сетях, так что я вижу этот ужас собственными глазами.

– Чем твоё – перестроечное – поколение отличается от поколения твоих родителей?

– Большинство из нас не видит ничего зазорного в том, чтобы зарабатывать деньги. Мы этого меньше боимся и стесняемся. А главное, уровень внутренней свободы повыше. Советский рок и эмтивишные герои девяностых всё-таки сделали с нами своё «грязное дело».

Мы и голосуем не так «правильно».

– А претензии, которые предъявляют старшие? У них было больше спорта, меньше вредных привычек и, как следствие, меньше психологических проблем.

– Сначала они нас воспитали, а потом оказалось, что не так, как надо. А винят в этом почему-то нас.

– То есть с себя ты снимаешь ответственность?

– Ответственность за что? Старшая из двух моих ответственностей уже бегает вовсю и говорить учится. Посмотрим, что скажут мои сыновья обо мне, когда вырастут.

Провал власти

– В вашей совместной с «Ляписом Трубецким» песне есть слова: «Социальная защищённость, пенсионный фонд – я ложил на вас свой огромный железобетонный болт». Это, прости, о чём?

– О себе. На постоянные письма Пенсионного фонда о том, что я денег недоплатил, я отвечаю согласием и доплачиваю. Хотя сильно сомневаюсь в этой финансовой пирамиде. В российских условиях на пенсии рассчитывать особо не приходится.