Чары ветреного властелина

Я остановился в своем пентхаусе. Даю тебе время до завтрашнего утра, Кэт. Если до того времени ты не свяжешься со мной, я найду другую модель и навсегда исчезну из твоей жизни.

Она смотрела на него и удивлялась, что когда-то верила, что он любит ее, потому что сделал ей предложение. Но им двигали совсем другие мотивы. Она была тщательно осмотрена и признана подходящей. Идеальной. А теперь Зафир предлагал ей вернуться в тот мир, который однажды так жестоко отверг ее. И не только это. Он предлагал ей вернуть на время их прежние отношения и уничтожить еще ту оставшуюся живой часть ее сердца, которая как-то функционировала.

Кэт стала сильнее после всего, что пришлось ей пережить за последние восемнадцать месяцев. Но она была все еще достаточно слаба для этого. Сколько бы денег он ей ни предлагал.

Не спуская глаз с Зафира, она взяла карточку, разорвала ее и бросила обрывки на пол.

– Прощай, Зафир.

Его глаза сверкнули, а челюсти сжались. Немного помолчав, он сказал:

– Как хочешь, Кэт.

Прощай.

Но когда Зафир повернулся и пошел к двери, подхватив по дороге пальто, и когда дверь закрылась за ним, последнее, что она чувствовала, – это триумф.

Она чуть не бросилась вслед за ним, умоляя его не уходить. Но Зафир уже однажды разрушил ее жизнь. Она не могла позволить случиться этому во второй раз.

Так что она осталась стоять на месте, а когда услышала звук отъезжавшей машины, шумно выдохнула и опустилась на диван.

Она огляделась по сторонам, словно впервые глядя на свое окружение.

Она уже привыкла к полупустым комнатам и скудному декору, но это было все, что она могла позволить себе после несчастного случая, ее долгого и дорогого лечения, даже учитывая, что большая часть долга теперь была аннулирована.

Причиной тому был тот факт, что после того, как те фотографии были опубликованы, фотограф, который шантажировал ее, лишился этой возможности. То, чем он грозил ей, уже свершилось, и она отчасти была рада этому.

Она множество раз хотела признаться во всем Зафиру, но слишком боялась его реакции.

Как мог такой человек, выросший в совсем другом окружении, понять, почему она пошла на это?

И разве все закончилось не так, как она боялась? Она никогда не забудет выражение отвращения и ужаса на его лице, когда он узнал о ее прошлом.

Она встала и начала расхаживать по комнате. И тут ее взгляд упал на стоявшие в углу костыли и складное инвалидное кресло. Зафир не заметил их.