Самайн. Ритуалы, рецепты и обряды на Хеллоуин

Уэлльский вариант звучит как «Calan Gaeaf» либо «Nos Calan Gaeaf». На мэнском языке – «Oie Houney» или «Hop-tu-naa». Традиции уэлльских, шотландских и ирландских народов предполагают заботу о жилище и поддержании семейного очага в течение всего зимнего периода. Носители мэнского языка считали, и до сих пор считают, что «Oie Houney» знаменует приход Нового года. Все эти праздники иные, нежели Самайн, но, возможно, в этот период все границы настолько условны, что это же касается и культур и практик. Современные популяризаторы язычества преобразуют все эти исторические традиции в собственные уникальные праздники.

Праздник огня

У древних кельтов Самайн считался важнейшим из четырех праздников огня. Расположенный между равноденствием и солнцестоянием, он относится к переходным праздникам. Каждый год в октябре, с первыми морозами на полнолуние, семьи собирались дома у горящего очага. К этому времени они завершали сбор урожая и возвращали животных с пастбищ.

Когда очаг догорал, люди, вместе с членами своей общины, собирались вокруг жреца-друида, и тот снова разжигал священный огонь. Инструментами розжига служили веретено и колесо: вращаясь, подобно солнцу, с востока на запад, они высекали искры.

Наступало время для чтения молитв, заклинаний и жертвоприношений. Появлялся Кром Круах, символизировавший солнце. Ученые до сих пор не могут установить, был ли Кром Круах языческим богом или это был каменный столб, представляющий определенный аспект природы.

На окраинах деревень люди оставляли подношения для духов и народа фей. Они также приносили в жертву черную овцу, черную свинью или крупный рогатый скот. В конце ритуала каждый возвращался домой с частичкой священного огня, чтобы разжечь домашний очаг, кроме того, разводились костры или устанавливались факелы по краям полей. Использование священного огня иным образом было грехом.

Древние кельты считали Самайн окончанием сбора урожая и направляли всю свою энергию на подготовку к наступающей зиме.

Это также знаменовало период, когда их предки приходили в гости, проникая сквозь истончившуюся пограничную вуаль, через которую из мира мертвых в ночь Самайна могли пройти любые сущности – и добрые, и злые. Поскольку эти духи подчас бывали враждебными, кельты переодевались в животных или каких-нибудь страшных существ, чтобы не навлечь на себя гнев духов и ведьм и избежать участи быть похищенными феями.