Дорога в страну наслаждений

Ей казалось, что она похожа на восемнадцатилетнюю девушку.

В этот момент раздался легкий стук в дверь. Она услышала, как секретарша мистера Дрю объявила прерывающимся от волнения и благоговения голосом:

– Мистер Де Карильо, сэр.

Адвокат поднялся из-за стола, поспешив навстречу входящему Крузу де Карильо и подобострастно его приветствуя, проводил до кресла и усадил рядом с Тринити с противоположной стороны стола.

Тринити моментально напряглась. Тонкие волоски на руках встали дыбом.

Неужели она так всегда будет на него реагировать? Она почувствовала мускусный аромат его одеколона. Его присутствие воскресило тот вечер в его доме три месяца назад, когда она поняла, как ужасно ее подставил Рио.

Тринити пребывала в шоке оттого, что Рио не сказал Крузу правды об их браке. И тот факт, что Круз с готовностью поверил в версию об охотнице за богатым мужем, по-прежнему причинял боль.

Ей было почти так же больно, как в тот момент, когда он посмотрел на нее с ужасом и отвращением после их поцелуя.

Это тягостное воспоминание невозможно выжечь из ее памяти даже каленым железом. Иногда она просыпалась ночью от мучительно кошмарных снов среди смятых и мокрых от пота простыней. Спустя почти два года воспоминание было по-прежнему унизительным.

Тринити усилием воли отвлеклась от будоражащих душу воспоминаний. У нее сейчас более важные дела. Три месяца назад ее муж Рио трагически погиб в автокатастрофе, когда они возвращались с вечеринки от Круза.

С того дня она стала одинокой мачехой для Маттео и Санчо, сыновей-близнецов Рио двух с половиной лет от роду. По счастливой случайности она почти не пострадала в той аварии, отделавшись синяками, ссадинами и вывихом голеностопа. Она совсем не помнила саму аварию. Тринити очнулась в больнице, чувствуя себя совершенно разбитой, когда мрачный, с посеревшим лицом Круз сообщил ей о гибели Рио.

Собрав волю в кулак, она взглянула на севшего рядом с ней Круза.

Они почти не виделись после аварии. Конечно, после похорон он изредка наносил им короткие визиты, справляясь о том, есть ли у них все необходимое. У нее покалывало кожу от нехорошего предчувствия. Сейчас ей казалось, что он ждет своего часа.

Она сказала как можно спокойнее:

– Круз.

– Тринити.

До нее докатилась опьяняющая интонация до боли знакомого баритона, хотя это было сдержанное и холодное приветствие.