Пациентка

Затем встряхивался, выпивал стакан молока и становился снова милым ребенком, любителем котиков. Невозможно было себе представить, что в этом хрупком беззащитном тельце могла таиться такая безумная звериная сила.

Он жил в клинике с няней, Светланой Георгиевной. Шестидесятилетняя вдова генерала после смерти мужа не могла усидеть дома. Деятельная натура двигала ее к поиску общения. Дети уже выросли, и она взяла на воспитание внука своей давней подруги по консерватории. Они с Сенечкой и рисовали вместе, и пели, и в бадминтон играли.

Много времени проводили на конюшне.

Светлана Георгиевна научилась седлать пони и водила его под уздцы по манежу. Сенечка, покачиваясь в седле, сначала деловито хлопал Фунтика по шее и затем, поднимая одну руку (другой он крепко держался за специальную ручку на луке седла), командовал: «Впер-ред, Фунтик! Напр-раво! Налево!» Потом возвращался в комнату и, утомленный переживаниями, блаженно засыпал. Учился он тоже здесь. Светлана Георгиевна обучала его чтению и математике.

Родители навещали Сенечку раз в неделю. У них был еще один сын, родившийся недавно, и все свободное время они уделяли младенцу. Сенечка радовался их приезду, показывал, как он гарцует на коне, и потом всю неделю рисовал картины счастливой семьи. Когда не орал.

«Три пациента плюс Светлана Георгиевна плюс Валентина, то есть нет, минус Валентина, у нее же пост, плюс Ирина плюс Пал Евгеньевич плюс я – семь. Надо сказать Валентине, чтобы сегодня заказала семь обедов», – подумал Сергей Борисович.

«А, нет! – вдруг вспомнил он. – Плюс еще один. Восемь».

Вчера доктору позвонил один из попечителей учреждения, известный актер, который щедро жертвовал на благотворительность. Когда-то Сергей Борисович с ним намучился. Лечился тот от алкоголизма и изводил всех в клинике своими приступами нарциссизма.

– Деточка, а подайте мне шляпу, – требовал он у Ирины, уронив шляпу на пол. – Вы же понимаете, мне негоже кланяться, я же народный.

Когда он решил подшиться и уехал, все вздохнули с облегчением.

Сергей Борисович долго его не видел – не слышал, только регулярно получал неплохие суммы. А вчера актер снова возник из небытия.

– Сережа, – Голос в трубке был какой-то… просветлевший, ясный.

«Не пьет, – подумал Сергей Борисович. – Молодец».

– Слушай, я понимаю, что как-то сейчас не время, но очень надо. Понимаешь, надо. Посмотри одну бабушку, а? Только не спрашивай, кто она. Ради меня, а?

Сергей Борисович усмехнулся.