Перекрестный отец. Разговор о детях, о жизни, о себе

И она, как все молодые мамы, заводит песню про Ирочку-Петеньку: «Не потому, что я мать, а просто так получилось, что гениальный ребенок». Я ее спрашиваю: «Оля, а сколько лет твоему ребенку?» Она отвечает: «Года два». О, думаю, вот это нормальная история. Начинаю ее хвалить, а она: «Что?» Я говорю: «Ты же сказала: года два». Так вот, возмущению не было предела: «Я сказала: год и два». Короче, я был посрамлен. То есть мать никогда не ошибется. А я вот сейчас, наверное, ошибся лет на пять в возрасте детей.

– Отцу можно, да?

– Отцу – можно, потому что он нормальный человек.

– Принимается. Хорошо. Скажите, Миша, а вам часто задают вопрос про вашего папу?

– По-моему, такого не было, чтобы этот вопрос не прозвучал.

– Вот и я задам. Про то, как папа влияет на ребенка, про то, что вообще значит папа. Вот какое влияние оказал на вас ваш папа?

– Вы как будто подгадали. В эти дни в продажу выходит книжка. Она про папу и про меня. И суть всего этого – название. «Мемуары двоечника»[1 - Ширвиндт М.

– «Мемуары двоечника»?

– Да. Потому что я был двоечником, и двоечником, как я поздно, к сожалению, выяснил, был мой папа.

– А главный двоечник – папа?

– Да. Я это, к сожалению, узнал, только когда учился в классе десятом.

– А он скрывал?

– Скрывал, естественно. Все то же… Все родители говорят детям: «Вот в наше… вот мы учились… А вот ты…»

– И что он говорил? Что прекрасно учился, был пятерочником?

– Естественно! Пока я не увидел его табель.

– Прямо врал.

– Врал. И это был не первый обман.

– А первый?

– Первый обман – с этого начинается моя книга. В папиных книгах, ну, когда он пишет о семье, есть фотография: он и моя мама стоят, умильно склонившись над колясочкой.

– А кто же в колясочке?

– А в колясочке… Такая ажурная колясочка, соломенная. И если внимательно приглядеться… но ведь никто не приглядывается. Так вот, если приглядеться, то через соломку видно, что там никого нет, в этой колясочке.

– И что же это было?

– Это было за два года до моего рождения. Папа где-то снимался, а мама приехала его проведать. Им очень понравилась ажурная колясочка, и они сфотографировались. Так что моя жизнь началась с этой мистификации. А потом продолжилась.

– И как данная мистификация влияет на вашу жизнь, Миша?

– Ну как? Плохо все очень.

– Плохо?

– Да, все очень плохо.