Балетные сказки

Красавицы, с которыми он танцевал, покраснели от смущения, а королева вспыхнула гневом. Но прежде чем она смогла найти слова для ответа, послышался оглушительный раскат грома.

Двери в зал распахнулись, и все увидели две фигуры: высокого мужчину в богатом наряде графа и стройную девушку. Густые чёрные волосы мужчины топорщились на голове, словно пучки перьев, а в презрительной улыбке было что-то зловещее. Однако Зигфрид ничего не заметил. Его взгляд сразу же приковала к себе таинственная юная спутница графа – красавица в чёрном платье с серебряной короной на голове.

– Одетта? – воскликнул он.

Девушка не ответила, но он был уверен, что перед ним Одетта.

Когда музыка снова заиграла, Зигфрид пригласил девушку на танец, и вдвоём они, кружась, заскользили по залу. Заворожённый красотой своей партнерши, Зигфрид забыл и о матери, и о других гостях… Он лишь зачарованно смотрел в её сверкающие глаза.

Принц даже не слышал, как бьются за окном крылья. Он не заметил там, в лунном свете, белой тени, печально глядевшей на него и умолявшей остановиться.

В конце танца Зигфрид обернулся к изумлённым гостям.

– Познакомьтесь с моей будущей женой, – объявил он, гордо поднимая руку своей партнёрши по танцу. – Мы поженимся без промедления.

– Вы уверены, что любите её? – спросил граф. – Вы клянётесь в этом?

– Клянусь, – ответил Зигфрид твёрдо.

Послышался грубый хохот, и граф откинул в сторону свой плащ.

– Ты предал Одетту! – закричал злой волшебник. – Девушка, в любви к которой ты только что поклялся, – моя дочь Одилия!

Он накинул свой плащ на Одилию, и с новым раскатом грома оба исчезли.

– Я обманут! – простонал Зигфрид и, окинув взглядом ошеломлённые лица гостей, бросился вон из бального зала.

Зигфрид мчался к озеру; его ноги едва касались земли. На берегу он увидел девушек-лебедей. Они толпились вокруг Одетты, пытаясь утешить её.

– Прости меня, – умолял он. – Ротбарт сумел обмануть меня, но я ни на миг не переставал любить тебя.

Одетта подняла на него взгляд; слёзы блестели на её щеках. Она плакала, когда смотрела, как Зигфрид танцует с Одилией, и потом заплакала снова, когда поняла, что чары Ротбарта не будут разрушены никогда. Но теперь она была спокойна: присутствие Зигфрида облегчило боль страдания.