Тайные знания

Регулярно каждое утро в течение пятнадцати лет один и тот же мясник на его глазах забивал скот. Однажды император спросил: «За пятнадцать лет я ни разу не видел, чтобы ты точил свой топор. Разве его лезвие не затупляется?»

Мясник ответил: «Нет, Ваше Величество. Лезвие затупляется, только если мясник не профессионален, если он не знает, куда наносить удар. Мясник должен знать, где соединяются кости, и тогда топор может одним разом разрубить животное на две части. Это искусство передается из поколения в поколение.

Поэтому лезвие не только не затупляется, но с каждым днем, с каждым новым ударом становится все более и более острым».

Император попросил мясника обучить его этому искусству. Мясник ответил: «Это будет очень трудно. Я не учился этому искусству, я освоил его, с раннего детства наблюдая за своим отцом. Меня никто не учил, я впитал это искусство, наблюдая каждый день за своим отцом. Иногда я приносил ему топор, иногда потрошил животных. Так вот я и выучился этому искусству. Если вы готовы делать то же самое – стоять рядом со мной, иногда подносить мне топор и затем класть его обратно, иногда просто сидеть и наблюдать – тогда, возможно, вы научитесь.

Но я не могу вас этому обучить».

Наука может быть изучена, но искусство должно быть впитано.

Все эти мантры не имеют смысла, но они обладают практической ценностью; и раньше мы старались, чтобы наши дети начинали впитывать их как можно более с раннего возраста. Они учились извлекать пользу из храмов, даже не зная, чему они учатся.

Они учились искусству входить в храм, искусству сидеть в храме и использованию его священного пространства. Всегда, когда приходила беда или возникала какая-нибудь проблема, люди бежали в храм и затем возвращались с чувством умиротворения и покоя. Каждое утро они шли в храм, потому что то, что он им давал, невозможно было получить где-либо еще. Но их всему этому не учили – их к этому привлекали с самого раннего детства. Они не учились, но впитывали. Когда бы ни зашла речь об искусстве, знайте, ему нельзя научить.

Влияние звуков, произнесенных в храме, и сами храмы были предметом различных исследований. До тех пор, пока воздействие звучащего слова не становилось понятным, весь эксперимент был бессмысленным.

Так, например, существовал обычай, согласно которому только мастер мог дать ученику мантру. Мантра должна была быть сказана мастером на ухо ученику. Вы могли знать эту мантру довольно давно, но мастер все равно шептал ее вам на ухо.