500 великих катастроф

Здесь была прекрасная гавань, значение которой особенно возросло в XVII в.

В 1658 г. коммодор Мингс, стоявший во главе обосновавшихся в Порт-Ройале пиратов, взял штурмом город Кампече в Мексике, а также ряд городов в Венесуэле. Свезя награбленное добро в свое ямайское убежище, он тем самым создал прецедент, который вдохновил на подобные «подвиги» остальных пиратов.

Население процветавшего в те годы города достигало 8 тыс. человек. Одну половину его составляли выходцы из Африки, другую – переселенцы из Азии и Европы (в основном англичане).

Хотя город был построен на песке в буквальном смысле этого слова, в нем насчитывалось около 2 тыс. кирпичных, каменных и деревянных зданий, причем некоторые из них имели по четыре этажа. В Порт-Ройале находились также укрепления и церкви, глубоководная гавань с множеством причалов, четыре рынка, синагога, католическая часовня, молитвенный дом квакеров, обширные складские помещения, зверинец, десятки таверн и военные плацы.

Большая часть пиратских богатств оседала в сундуках городских торговцев, таких же бессовестных, как и сами флибустьеры.

Сейфы и склады были переполнены добычей: золотыми и серебряными слитками, ювелирными изделиями с драгоценными камнями, роскошными шелками и парчой. И даже иконами! Все это богатство дожидалось отправки в Англию или на континент в обмен на деньги и товары.

Но зенита своей славы Порт-Ройал достиг именно при Генри Моргане, который разграбил многие испанские города на побережье Карибского моря.

В условиях конкуренции с Испанией английское правительство сознательно поддерживало этих «джентльменов удачи», главной целью которых как раз и являлись испанские корабли. Жители города славились как «самые неверующие и развращенные люди». Обычным явлением в пиратском городе были оргии, насилия и убийства. Здесь бурно процветали азартные игры, вдоль улиц тянулись бесчисленные кабачки и таверны, в которых наперебой предлагали хмельной ром, обильную пищу и женщин.

Поэтому многие восприняли катастрофу 7 июня 1692 г.

как ниспосланную городу Божью кару. Небо в этот день было безоблачным, Карибское море – гладким. Солнце уже клонилось к зениту, и Порт-Ройал задыхался в потоках вязкого зноя. Эта духота тревожила горожан: именно в такую жаркую и безветренную погоду почти каждый год отмечались подземные толчки. Впрочем, к их регулярной повторяемости жители тоже привыкли, и, казалось, ничто не могло нарушить обычного ритма их жизни.