Войны новых технологий

What is memetic warfare and how does it threaten democratic values // The crisis in Ukraine and information operations of the Russian Federation. Ed. by V. Sazonov a.o. – Tartu, 2016.

25. Марутян Р. Меметична зброя як iнструмент смисловоi вiйни РФ проти Украiни // matrix-info.com/2017/05/15/memetychna-zbroya-yak-instrument-smyslovoyi-vijny-rf-proty-ukrayiny/.

От военно-промышленного и военно-развлекательного комплексов к военно-медийному

В свое время в СССР все хорошо знали словосочетание военно-промышленный комплекс, уже в наше время возникли исследования военно-развлекательного комплекса, анализирующие связку военных с кино и видеоиграми.

Сегодня на арену выходит военно-медийный комплекс, куда можно отнести достижение военных целей с помощью медийных механизмов. Он просто расцветает с появлением социальных медиа, которых отличает понижение уровня контроля над достоверностью распространяемой информации, что в результате привело наше время к понятию постправды.

Информация, о которой много говорят в связи с проблематикой информационной войны, на самом деле является промежуточной составляющей процесса влияния, а не его основной целью. С помощью информации коммуникатор пытается повлиять на процессы принятия решений, разворачивая их в нужную для себя сторону. Сложившаяся ситуация с акцентом именно на информации отражает преобладание «технической» точки зрения, пришедшей из более продвинутой и более любимой властями информационно-технической войны, где главными являются киберзащита, кибератаки, хакеры и т.

 п.

Техническая задача решается возведением все более мощной «стены», которая не должна пустить «чужие» щупальца к «нашим» информационным ресурсам. «Закрытые» ресурсы пытаются закрыть еще сильнее. Но современные операции влияния работают не на закрытых, а на публичных ресурсах, которые никто не пытается защищать, поскольку они по определению другие – публичные, куда открыт доступ всем.

Иногда возникает синтез разного рода сочетаний технической базы и гуманитарного направления атаки: например, американские военные даже употребили термин «киберобеспеченные психологические операции» (Cyber-Enabled Psychological Operations): «Одним из новейших средств в российском информационном инструментарии является использование киберобеспеченных психологических операций, поддерживающих стратегические и тактические цели информационной войны.