Кинокосмос. Псовые в мифах и легендах народов мира. Популярная энциклопедия

на «Космосе-110» стартовали Ветерок и Уголёк. Летали они дольше всех – 23 суток, вернулись крайне измученными, но живыми.

Это был последний полёт собак в Космос.

Велика роль псовых и в духовной жизни человека, в частности, в литературе и искусстве.

Кто не знает о самоотверженном поступке простого пса Соколко из пушкинской «Сказки о спящей красавице и о семи богатырях»? Или о несчастной судьбе Муму из одноимённого рассказа И. Тургенева? А кто не читал знаменитые есенинские строки:

Дай, Джим, на счастье лапу мне,

Такую лапу не видал я сроду…

Они посвящены любимой собаке великого актёра В.

И. Качалова – доберман-пинчеру Джиму.

В детстве мы с замиранием сердца внимали приключениям чеховской Каштанки, улыбались при виде важного пуделя Артемона из сказки А. Толстого «Приключения Буратино», переживали за судьбу старого волка Акелы и его друзей, о которых рассказал Киплинг в своей «Книге джунглей». Позже зачитывались книгами Джека Лондона, особенно теми, в которых главными героями были собаки: «Белый Клык», «Джерри-островитянин», «Майкл – брат Джерри».

Хохотали над хулиганскими проделками фокстерьера Монморанси («Трое в лодке, не считая собаки» Дж. Джерома), со слезами на глазах следили за горькой судьбой Белого Бима Чёрное ухо – героя одноимённой повести Г. Н. Троепольского…

Литературные хвостатые герои в каждом новом поколении обретают миллионы верных почитателей, прививают им любовь к братьям нашим меньшим, формируют у них лучшие человеческие качества.

Впрочем, наряду с привлекательными образами собак, хоть и редко, встречаются образы малосимпатичные и даже отталкивающие. Такие как, например, киплинговские рыжие собаки-убийцы доли или шакал Табаки.

К отрицательным литературным персонажам относится и главный герой книги Капитана Ф. Марриета «Приключения собаки Снарлейгоу».

«Это была самая скверная, самая безобразная собака, какая когда-либо существовала: грязно-жёлтой масти, с бельмом на одном глазу, с далеко выдвинутой вперёд нижней челюстью, свидетельствовавшей о том, что несомненное участие в её происхождении принимал бульдог.

Хотя по величине пёс этот был несколько больше пойнтера и крепко сложён, однако вид у него был тощий и тщедушный.

Ни хвост, ни уши у него не были обрублены, но зато уши его были разорваны на клочки в многочисленных схватках с другими собаками на берегу, чем он был обязан всецело своему сварливому и трусливому нраву.