Кинокосмос. Псовые в мифах и легендах народов мира. Популярная энциклопедия

В заключение отметим, что наделение пса Гинфорта человеческой душой – случай редкий, но не исключительный. Подобной благодати, например, удостоились пёс Гелерт и безымянная собака, спасшая от голодной смерти святого Роша из Монпелье (см.: Спасители).

Гифр («шумный, крикун») И Гери («жадный»)

В скандинавской мифологии псы богини смерти Хель.

Гифр и Гери охраняли повелительницу царства мёртвых ужасную Хель. В её царстве обитал ещё один пёс –Гарм. Он, подобно Керберу, сторожил вход в её владения.

У Гери в мире асов проживал тёзка – личный волк Одина (наряду с другим волком – Фреки, см.: Гери и Фреки).

В «Младшей Эдде» Гифр и Гери не упоминаются. О них известно из «Речей Фьёльсвина»[105 - Конвей… С. 151.].

С принятием христианства Хель превратилась в предводительницу Дикой охоты (или в злую колдунью), а её хвостатые охранники – в адских псов (см.: Собаки Дикой охоты). Среди простого народа существовало поверье, что адские гончие преследуют души грешников и загоняют их в преисподнюю.

Гончая Диармайда

В ирландском эпосе любимая собака Диармайда, воина-фения из отряда Финна.

Имя этой собаки затерялось в веках. Но печальная история, в которой её судьба переплелась с судьбами близких ей людей, дошла до наших дней[106 - Изложено по кн.: Кельтские мифы: Валлийские сказания. Ирландские сказания. Екатеринбург.

Однажды, когда подоспело время, гончая Диармайда ощенилась тремя славными щенками. Заботливая сука согревала их своим теплом, кормила молоком, тщательно вылизывала и берегла. Её собачье сердце было полно нежности и любви к своим малышам. Не мог нарадоваться появлению долгожданных щенков и Диармайд – как настоящий охотник он знал истинную цену хорошей гончей. (О Диармайде см. также: Ядовитые собаки, Бран; Собаки.) Но это была не единственная его радость. Совсем недавно он обрёл красавицу-жену и большой уютный дом, красовавшийся на холме среди густых лесов.

Как-то раз, на исходе зимы, когда валил мокрый снег и дул сырой ветер, уставшие фении вернулись с охоты, поужинали и легли спать. Вдруг раздался стук в дверь, и на пороге появилась уродливая старуха. Её давно нечёсаные космы спускались до пят, а из запавшего рта торчал гнилой зуб. Дрожа от холода, она подошла к Финну и прошамкала: «Позволь мне лечь рядом с тобой».