Осмелишься соблазнить?

– Мне очень жаль, мистер Ривас, но, каким бы заманчивым ни было ваше предложение, боюсь, что я не смогу сейчас отказаться от работы в магазине.

– О нет, очень даже можете. На короткое время.

Эдди моргнула и обернулась. Она даже не слышала, как в комнату вошла Хелен, настолько ее внимание было поглощено сидящим напротив мужчиной.

– Но, Хелен…

Хелен подняла руку.

– Мистер Ривас недавно приехал в Лондон, и мы рады приветствовать его как нашего гостя и нового клиента. Мы готовы освободить вас для выполнения его заказа на эти недели перед Рождеством с условием, что, как только работа будет закончена, вы вернетесь к своей работе здесь.

Эдди не верила своим ушам. Она могла заниматься частным заказом для Себастио Риваса и потом продолжить работу в магазине? Нужно иметь в жилах королевскую кровь, чтобы перед тобой так заискивали. Она никогда не видела, чтобы так обходились со звездами спорта.

Эдди сделала еще одну попытку.

– Хелен, я действительно не думаю, что…

Хелен проигнорировала ее слова, открывая дверь перед Себастио Ривасом, чтобы выпустить его из офиса.

– Оставьте эти заботы нам, мистер Ривас. Мы сделаем все необходимое, чтобы освободить Эдди от ее работы здесь как можно скорее.

Закрыв за ним дверь, Хелен повернулась к Эдди:

– Ты хоть представляешь, кто это?

Эдди сглотнула.

– Капитан аргентинской сборной по регби, – сказала она.

Хелен махнула рукой:

– Он уже давно закончил со спортом. Теперь Себастио Ривас гендиректор «Ривас Банка». Он происходит из влиятельной семьи банкиров.

Эдди кивнула. Это, конечно, могло объяснить его надменные манеры. Он вращался в высшем свете.

Хелен продолжала говорить, как важны для них такие люди для лондонского общества. Как щедры их отчисления на благотворительность.

– Таким образом, – заключила она, – мы будем всячески содействовать его желанию оформить свой дом для рождественских праздников.

Эдди безошибочно уловила в тоне Хелен стальную нотку. И тут же поняла, что перед ней открывалась просто уникальная возможность.

Так почему она в такой нерешительности?

«Потому, – сказал тихий голос, – что этот мужчина отверг тебя тогда, когда ты так хотела чувствовать себя нормальной и узнать, что это значит – быть женщиной».

Было ужасно думать, что за последние четыре года она очень повзрослела, но в личной жизни так и осталась той девочкой, какой была четыре года назад. Неловкой и неопытной.